b000002160

совета. И всё же доброты на самом деле было куда больше, чем сурового спроса, и обязательно наступал день и час, когда она выжималась до пос­ ледней, невероятной капли... Ещё будучи пионером, однажды он побывал на открытом комсомольском собрании. Проходило оно в «малом» зале школы, предназначенном для вы­ ступлений «художественной самодеятельности». На сцену поднялись два «ге­ роя». Третьего дня, почти ночью, гоняя на мотоцикле по городу, они ограбили у дороги пьяного. Теперь их клеймили позором. Парень, которому принадле­ жал мотоцикл, рослый, с породистым лицом красавец, просто, не дрогнувшим голосом попросил о снисхождении, а потом, когда горячо, самозабвенно ка­ ялся его подельничек, смазливый, гибкий, как ивовый прут, паренёк, вообще не произнёс больше ни слова. Не дождавшись от одного положенного пока­ яния, собрание вынесло решение: взять тем на менее на поруки обоих юных грабителей, приостановив их членство в комсомоле, и тем самым отвело от них «суровую руку правосудия». Появившиеся вскоре, сперва на заводах, «то­ варищеские суды» чаще всего действовали по тому же сценарию: клеймили калёным железом переступивших закон и, выпустив пар, брали их на поруки. Любимая образцовая школа, как и во многом другом, и тут показала себя пер­ вопроходцем. «Ех ип§ие 1еопет» (по когтям можно узнать льва), как пошутил осваивавший меткие латинские выражения Веня. Мотоцикл был вожделённой мечтой мальчишек той поры. Гайдаровский мальчик Тимур имел его ещё до войны. Со своей командой он и сменил на экране «художки» Васька с его товарищами. Мотивы поступков героев ос­ тались по-прежнему благородными, но чувствовалось, что пришло другое кино. И мальчишки постарше не соблазнились первым желанием подра­ жать тому, кого теперь видели на экране, не стали его послевоенным зерка­ лом. По крайней мере, Генка не взял на себя роль Тимура. Но в «Тимуры» охотно пошли пацаны помладше. Наверно, ни один фильм, вернее, последствия его, не требовали такой экономии выдаваемой родителями мелочи, но её всё равно не хватало, ведь надо было запастись хорошими фонариками, колокольчиками, множеством верёвок для сигнализации. Но зато как подфартило старушкам, особенно одиноким. Новые тимуровцы кололи им дрова, чинили изгороди палисад­ ников и огородиков, ходили за хлебом и молоком. У них во дворе «штабом» стал сеновал в сарае его родителей, весь в пау­ тине тонких верёвок с подвешенными к ним колокольчиками. А Тимур был в двух лицах - его самого и старшей сестры. Решительная и уже волевая, она считала своим долгом опекать его. Случались и ссоры, но после пере­ коров наступало благостное затишье, жили душа в душу, то есть так, когда одна душа легко и точно, без натягов и зазоров, входит в другую. В «штабе» на сеновале таилась одна опасность: некоторые мальчишки начинали покуривать, а спички при себе имели все. Сеновал был завален сеном, а внизу, в стойле, содержалась корова. Милая сестрёнка примечала 232