b000002159

С детства обожал вокзалы, перроны, железнодорожные стрел- ки, где сшибались и отскакивали в стороны белые, изумитель- но манящие рельсы. Мы катались на товарняках, прыгали с подножек, подкладывали на пути стремительно вырастающих поездов крупные пря- мые гвозди и тут же получали взамен острые сверкающие ножички. Как юрких рыбок в большом аквариуме, встревоженные родители с трудом отлавливали нас на вокзале, на путях и дня на три «сажали под замок». В томлении текло время, пока в нечаянно разлившейся горечи не появлялся сладостный, шоколадный привкус юга. Горечь становилась нежной, а сла- дость пронзительной. И вот уже гіальцы сжимали маленький темный че- моданчик. (В действительности прошлого такого полуигрушечного че- моданчика могло и не быть, но отчего тогда так памятливо поджимаются пальцы, и в мгновение ока к ним подрисовывается этот дорогой затерян- ный во времени предмет?) Как сейчас, вижу застенчивого опрятного мальчика с чистенькой, прямо-таки небесной синевой в глазах. Длинная гладкая шея возноси- ла поверх нас его русую голову. И все-таки мы прозвали его «малень- кий пассажир», вставили шпильку: нам трудно было простить, что он ездил чаще и дальше нас. Вот он опять выходит на перрон... На нем шелковая тенниска в искрящую полоску и мягкий пиджачок; перла- мутровые пуговички излучают крохотное сияние. Маленький пасса- жир бледен от волнения и торжества. Зеленый поезд скоро помчит его с мамой и старшей сестрой к столице, где другой, сверкающий состав унесет их под «музыку» рельсов в слепую даль вечнозеленого юга. Отец только провожает, ослепительное южное солнце, великолепное море, исполины-горы ничуть не манят его, у него иная стихия - средне- русские леса. Во внимательных, чуть утомленных глазах отца маленько- го пассажира узнается безмолвное высокое небо с подзором трепещущей листвы, мерцающие стрелки грибного дождя. 0 , сколько немыслимой, просто неведомой нам радости дарили ма- ленькому пассажиру эти поездки! К его щемяще-пронзительному востор- гу, громада моря выкатывалась прямо из-под материнской ладони, когда они, ожидая появления этого вечного чуда, стояли у окошка купейного ва- гона. Счастье - тоже море, границы его нельзя обозреть, и все же они есть. И вот под южным небом, сочащим липкий жар, среди чистой безоб- лачной радости, порой прямо в объятиях приятно остужающей волны вдруг наваливалась на маленькое сердце всесильная тоска по отцу, дому, по па- мятной тропинке в лесу, где идти бы и идти без устали и вечно за руки с дорогими родителями. Маленький пассажир невзначай бросал на маму воп- рошающие взгляды. Она моментально угадывала перемену в его настрое- 48