b000002159

Его тонкая кожа быстро обгорела, и он на несколько дней лишился походов на пляж, но, ближе к вечеру, один похаживал на живой мост. На- стил скрипел под колесами тяжелых машин, с звонким журчанием пробе- гала внизу вода. Он сбрасывал на узеньком деревянном тротуарчике мос- та сандалии, майку и нырял с перил. Кружил по низким волнам, смывая кислый налет простокваши, которой смазывала его обожженную спину мама. Выбирался из воды свеженький, как огурчик, и своим, более длин- ным, путем поднимался в город. К концу лета шут окончательно облез. Зато нимфы покрылись шо- коладным загаром. Полные телесной сладости, они лежали за раскры- тыми книжками на солнце, начисто игнорируя облупленного послан- ника орлов. Их глаза - и синие, и зеленые - обрели второе дно: из-под первого, прохладного, недоступного, из самой глубины сияло ласко- вое, зовущее... Орлы, преувеличенно хохоча, дулись в карты. Альби- нос прижимался лбом к скрещенным ладоням . Шут еще шалил. Не жалея книжек, девчонки внезапно стукали ими по его колючему за- тылку, ныряли в свои легкие платьица и, беззаботно смеясь, уходили по скрипучему песку. Истомившийся шут переваливался в едну из лу- нок, еще хранивших прекрасные формы маленьких нимф. Легкие, как бабочки, девчонки в развевающихся платьицах уже порхали над мос- том. Город своим кремовым полукружьем со свечным пламенем купо- лов соборов и церквей походил на праздничный торт. Две шоколад- ные'фигурки медленно таяли в нем. По ту сторону живого моста кряхтели механическими промасленны- ми гортанями плавучие краны, выбиравшие грунт под железобетонные тумбы будущего капитального моста. Альбинос решил, что больше не допустит шута, в следующий раз сам подсядет к девчонкам, и пусть спутаются все карты у орлов. Пусть вообще будет что будет. Но следующий раз не наступил. Полили дожди, остудили разжарив- шееся лето. Во всю пошли грибы. Отец ездил по служебной надобности в заклязьминские леса, брал с собой счастливого альбиноса. Машина плав- но скользила по настилу моста и устремлялась навстречу грибоносным лесам. Альбинос набирал целый короб великолепных грибов, самых,' мо- жет быть, таинственных лесных обитателей. Однажды, к концу выдавшегося напоследок жаркого дня, чем-то не- уловимо прощального, на обратном пути машина-фургон застряла в зато- ре у живого моста. Альбинос, встревоженный каким-то переполохом на берегу, выскользнул из кабины и устремился за спешащим по серому пан- цирю тропы пляжным людом. Добежав до обрыва, уже весь объятый не- ясным страхом, он едва не свалился с кручи: внизу, из ямы, вырытой под 39