b000002159

Сырою ночью в марте, кажется, шестьдесят восьмого года летний кинотеатр сгорел дотла. Свеча сгорает медленней, чем превращается в пепел былое счастье. Новое чешское оборудование, недавно завезенное, пропало, как и не было. В сухой август того же года свежей синью наливалось небо. Наши танки бренчали гусеницами по пражским мостовым. В палисаднике рос- сийской провинции осыпались огромные шапки белого георгина. Он си- дел с задушевным товарищем на прохладной скамейке. Разговор реши- тельно развел их. Товарищ встал, поправил узел галстука. Надо было куда- то пойти. На месте летнего кинотеатра чернело пепелище, подернутое, как плесенью, всеядной низкой травой. Выбрали уютный вокзальный ре- сторан, где под стук колес здорово закрепили возникшее разногласие. А через год-полтора на заросшем пепелище началось строительство, и пошло оно не ввысь, а вглубь, под землю. А еще спустя год появились две калитки, сваренные из арматуры, и ведущие вниз лестницы, и все объяснила наконец малярная кисть, начертав по разным сторонам бетон- ного парапета косые жирные буквы - «М» и «Ж». И никто не растолковал бы ему, как может волшебство опуститься до укромной уборной. Но ког- да это произойдет, он, студент «политеха», уже найдет убежище в отвле- ченных мыслях, наденет модное пальто «реглан» на блестящей стеганой подкладке и почти перестанет удивляться изнанке жизни.