b000002159

В августе 1958 года отмечалось 850-летие города. Милая праз- дничная суета вылилась в бурливое гулянье. Голосистые гармо- ни водили за собой расчувствовавшийся люд. А к вечеру живой поток хлынул в широко распахнутые ворота стадиона «Торпедо». Громадная чаша быстро заполнилась до краев, и празднично разодетый народ запо- лонил близлежащие холмы. Тогда в боковые ворота стадиона неспешно и величаво на вороном (или гнедом) коне проплыл всадник в шлеме и коль- чуге. Чуть позади покачивались в седлах его други по ратным делам. Ста- дион замер и возликовал, бурно аплодируя появлению трех былинных бо- гатырей, и еще не раз взрывался и рукоплескал в тот прелестный, незабы- ваемый вечер. Потом, с течением времени, былинный богатырь, защитник Отечества, объявился на площади Свободы. Он уже не ехал на верном коне - непод- вижно посиживал на гранитном возвышении почти посреди площади. Тут же примостились крестьянин и рабочий-тракторостроитель. Так они и си- дят по сей день - лицом к миру, спинами друг к другу, наши защитник, кормилец и созидатель. Монумент воздвигли в честь 850-летия города да и в память об общем празднестве, душевном единении горожан. Монумент занял место, на котором за несколько лет до юбилея стоял другой памятник. Гигантская, изумительно белая глыба возвышалась тут. Несмотря на всю грандиозность творения, создавалась видимость неторопливой по- ступи воплощенного в камне оригинала. То ли воздушный белый цвет был тому причиной, то ли сама поза вождя - как бы то ни было, белока- менный Иосиф Виссарионович тихо шесгвовал с партийной газетой в руке. Белые облака колыхались в синей перевернутой чаше, а мы на площади беззаботно ели круглое мороженое с двумя вафлями-крышечками, на ко- торых были вылиты имена: «Саша», «Оля», «Юра»... - все наши имена. Любой, обезображенный игрой в орлянку гривенник мальчишки могли сунуть продавщице, замирая, произнести свое имя и получить взамен «именное» мороженое. По крайней мере, она постаралась бы отыскагь его, может быть, одно-единственное в своем, кремового цвета ящичке. Спасибо, товарищ Сталин, за наша счастливое детство! Мы же знаем о вас только хорошее, мы еще такие маленькие, а фраза витает, носится в воздухе. Теперь-то мы знаем все, вернее, многое. Пусть к вам это даже не имеет отношения. И что же, счастливы ли мы? Первое счастье в жизни - благополучное детство, когда мать, отец рядом, когда любовь, мир, когда гудит под полевым ветром рожь, а не пули свистят на городских улицах. Счастье с возрастом, вообще, лучше поискать позади, пошарить там ру- ками. Оно не зависит ни от знаний, ни ог свободы-вседозволенности нис- провергать, рушить, хватать, ничего не создавая.