b000002158

- Как чего? - удивился и Клим Олегович. - Останки. Туз вскочил. - Да ты сиди, сиди, - как ни в чем не бывало, успокоил его следова тель и, внезапно скользнув вперед, уперся кулаком под печень Туза. Ощу щение от такого выпада было не слабее, чем от удара, зато длительней. Слезы закапали из глаз Туза. - Больно, я понимаю, - посочувствовал следователь. - Мент вонючий! - натуженно прошептал Туз. Когда въехали в тускло просвеченный двор Голубого дома и младший опер распахнул скрежещущую стальную дверцу воронка, Туз не сдвинулся с места, как его ни толкали. Выволокли, поставили перед Климом Олего­ вичем. Маленькая головка задержанного свисала набок, челка в какой-то зеленой слизи слиплась в фикусовый лист. - Вы полегче, лейтенант! Не то я и вас буду допрашивать! - раздра­ женно бросил Клим Олегович и быстро направился к Голубому дому. У себя в кабинете он зажег настольную лампу под железным, покры­ тым ядовито-зеленой эмалью абажуром, выгнул поудобней гофрированную ножку, набрал номер. - Дрыхнет ваша зазноба, - дерзко ответила домработница. - Храпит, ужас. Как только вы с ней спите. - Она сально хихикнула. - Приезжайте и вертите ее сами. Она, что мне, мать родная? - Уже огрызнулась. М стит за кадык. Пользуется положением. Гнать ее в три шеи. Да где другую скоро найдешь? “Задушит жену. Как есть, задушит” , - с тоской подумал следова­ тель. - Ты смотри там у меня, поаккуратней! И с детьми!.. - заорал шепотом. - Не то башку оторву! - Да ладно. Чего вы раскипятились? Впервой мне, что ль, тут? - пошла на попятную домработница. Удрученный Клим Олегович вскипятил чайку. Обжигаясь, пил, мор­ щил лоб, шевелил в задумчивости усами. “Гонорары” его существенно сократились^ Торговая братия почти совсем перестала его стесняться. Пенсия полумертвой жены - только кошке на пропитание. Поди, содержи троих с этой мразью впридачу. В Голубом доме, правда, поговаривали, ^то грядет указ об укреплении органов” со всеми вытекающими материальными пос­ ледствиями. И то: власти без них не жить. Клим Олегович снова припомнил виденное под ванной у Туза, прикры­ тое листом прессованной фанеры, и ледяная корка покрыла ему спину: не очень белые, скорее, даже сероватые промытые кости с лохмотьями хря­ щей на суставах. По пьяному признанию Туза, мышечные покровы куска­ ми поглотил унитаз, а кости предназначались костру в коллективном саду за городом. Зловещая улыбка мертвеца застыла на морде Туза и не сходи­ ла до тех пор, пока Клим Олегович не врезал ему уже по всем правилам.