b000002158

валась там черная дырка. Она не хуж е меня знала, что золотыми делами ведает подполковник Стенаев, а не мухомористый капитан Трояков, то бишь ваш покорный слуга. Я и не претендовал, я заглянул только, спасаясь от прямых лучей солнца, которые поднимали сегодня мое давление. Вы­ вернутые, натертые розовой помадой губы мадам Пироговой изобразили откровенную усмешку. “А сколько “ спиногрызов” у подполковника Сте- наева? - нехорошо подумал я. - Два? Ровно в один раз больше, чем у меня” . Мои усы намокли, хотя я уже совсем не чувствовал жары, просто это были усы сыщика. Разумеется, я не выпускал из вида юношу, хотя ни разу и не посмотрел в его сторону прямо. Я, скорее, видел его задранное вверх, точно птичье крылышко, плечо. Золотишко с какого-то бока заин­ тересовало и его. Стриженная под мальчика и, черт возьми, оттого еще более красивая, Анжела что-то нашептывала своему юному поклоннику. Эта еще по недавним меркам криминальная особа чувствовала на себе непонятный “ хвост” и нервно, изящно встряхивала длинными бедрами. Появилась молодая пара, и молодой человек, явно близорукий, но без очков, осторожно, словно боясь обжечься о цену, стал показывать пальцем своей курносой, по-щенячьи раскрывшей рот спутнице на какую-то золотую безделушку. Я моментально провел простой мысленный анализ о влиянии среды окружения на потенциального преступника, то есть как бы отодвинул в сторону молодого человека и на его место придвинул к чужой девушке подростка (да простит меня смешно скрывающий свою близорукость и свое безденежье молодой человек). Результат поверг меня в оторопь и некоторое уныние. Развращенная красавица Анжела была как бы ни при чем. Подрос­ ток продвигался к преступлению сам. Анжелина аура была всего лишь под­ ходящей средой. Его ничто уже не могло остановить. Я профессионально принимал излучаемые им импульсы. Но в чем же дело? - задавался я вопро­ сом, косясь на лезущих к прилавку с безвкусными стеклянными безделуш­ ками покупательниц. Ответ, хотя я уже знал его, снова поразил меня и даже слегка напугал: я впервые воочию наблюдал за готовящимся к преступ­ лению высоконравственным человеком. Высокая нравственность без пяти минут преступника морально убивала меня. Мне показалось даже, что у меня “поехала крыша” , я ретировался на улицу, но, глотнув, хоть и излиш­ не жаркого, а все же свежего воздуха, подумал, что, пожалуй, “ крыша поехала” у моего Отечества, что впрочем и немудрено в усиливающуюся и завуалированную официозом разруху. Я думал сегодня еще раз “ наехать” на этого странного подростка». Однако, кроме недолгого повышения давления, которое я, сознаюсь, вооб- ще-то имитировал, собираясь предстать перед алчными очами мадам Пиро­ говой, со мной случился не подлежащий сомнению физиологический казус. Я опять почувствовал резкую боль в том месте, которое уже зарядил, будучи в квартире подростка. Поругивая эскулапа, беззаботного и брез