b000002145

Жизнь сама по себе футляр, предметом в руках. Только подойдя ближе, Митя понял, что это был жесткий чехол для охотничьето ружья. - С полными ведрами меня встречаешь - хорошо! - сказал отец, по обыкновению своему не здороваясь. - Я на час. Кто дома? Мать? Теща? А ты вырос, малыш. Он был все так же, как и раньше, по-южному загорел, ослепитель- но белозуб, но уже густо сед на висках и чуть полноват в талии. Мама работала тогда операционной сестрой в хирургическом отделении го- родской больницы, превращенной, по сути дела, в госпиталь, и редко бывала дома, ночуя в ординаторской комнате. Митя сказал об этом отцу. Тот подал ему ружье, цепко взял за плечо длинными пальцами и заглянул в глаза. - Возьми на память. Штучное, бельгийское. Бил я из нею косуль, фазанов, дроф, джейранов, кабаргу и даже снежных барсов ... Ну, да не в этом дело. Я сейчас схожу попрощаться с матерью, а потом ты проводишь меня. Его эшелон стоял далеко от вокзала, среди грязных, масляно поб- лескивающих цистерн, платформ с углем, лесом, дощатыми ящиками, станками, прикрытыми брезентом, контейнерами и даже мостовыми фермами. Митя и отец сели наверху, на краю крутого песчаного отко- са. Отец снял пилотку и натянул ее на согнутое колено. Митя чувство- вал себя неловко с ним, не зная, о чем говорить, что делать. Ему каза- лось, что отец испытывает такую же неловкость и нетерпеливо ждет снизу сигнала к отправке, но он вдруг заговорил со спокойной пря- мотой и твердостью человека, свободного от всяких условностей. - Ты, может быть, осуждаешь меня, хотя мне на это решительно на- плевать, малыш, - усмехнулся он. - Я скажу тебе кое-что, но не в пока- яние, а для того, чтобы ты воспринял, если сумеешь, некоторые полез- ные, на мой взгляд, истины. Одной из миссий Иисуса Христа на земле было разрушение семьи. - Он опять усмехнулся. - «Я пришел разделить человека с отцом его и дочь с матерью ее. И враги человека - домаш- ние его». В этом есть своя изюминка. Мы с твоей матерью поженились очень молодыми, не зная как следует не только друг друга, но и самих себя. Я оказался человеком неоседлым и от одного вида фикуса в углу покрывался нервной экземой. Первое время мать моталась со мной, но, 6Я