b000002145

важный , но все же он лучше, чем слова . Великолепная вещь эти землянки! Большую хорошую зем лянку можно построи ть в два-три дня, и получится удобное, сухое и теп- лое жилье. Ребята у нас смеются: - Нипочем теперь себе изб строить не будем, коли жи вы домой вер- немся. Да мы теперь себе за двадцать п ять-то целковых такую домину махнем - комнаты в четыре или пять. Мы живем быстрее вашего: у нас уже апрель. «Стаял снежок, ожил лужок». Ожи ли лягуш ки и меланхолично прыгают по ходам сообще- ния, безнадежно пы таясь прорва ть ф р он т и вылезть за окоп. В боло- тах крякаю т утки... Н аши р еб я т а п ро бо в али охотиться за ними , но, увы, пулей убить уток гораздо трудней, чем людей. Проснулись и сычи и, муж ественно восседая между нашей и не- приятельской лини ями окопов, по ночам покрикиваю т предостере- гающе на нас и на австрийцев: - Эге-гей! Весна идет, и уж «весенний первый гром , как бы резвяся и играя, грохочет в небе голубом...». Все чаще и чаще рокочет у нас и днем и ночью , то вправо , то влево, где-то далеко за горизонтом . Кончилась зима. Тяжелая страниц а истории перевернулась, и наш а армия своею кровью начинает писать новую страницу. О моих взглядах на совершающееся, пожалуй, не стоит говорить - с чего же им меняться! Ведь я пошел сюда, подумав, и знал, на что и почему иду. Меня потянуло сюда элементарнейшее чувство простого честного человека: в мин у ту крайнего н ап р яж ени я народа быть там , где в данный момент ты всего нужнее и полезней. А мне казалось, что всего полезнее я здесь. Не потому, конечно, что могу убить несколько австрийцев, а потому, что полезен моим ребятам . К ак види те, мне далеко до г ер ои ч е ски х рим л ян , го вори вш и х : «Сладко и п рия тно умереть за отечество». Да и Бог с н им и , с «героями». П р и мы сли о них мне всегд а * Н абросок простым карандашом, прилож енный к письму, изображ ает зем- лянку, похожую на большую муравьиную кучу. Вход завешен мешковиной. Кругом голый апрельский лесок Серенькое небо.