b000002145

КРАСИВАЯ Через быструю светлую речку Нару плотники наводили - после раз­ лива - мост. Стояли тёплые ветреные дни. Сквозь сухой ил и мусор, оставленный на берегах рекой, уже проклюнулись зелёные иглы травы, зелёненьким туманцем ловился прибрежный ивняк, и в небе, голубеющем нежно, по- майски, с утра до вечера трепетали звонкие жаворонки. Под берегом, в затишке, припекало так, что старшой плотников Сергиян не мог рабо­ тать - засыпал и ронял топор. Тогда сын его, Герасим, тряс родителя за плечо и говорил: - Шли бы уж, папаша, под шалаш. - И то, - соглашался старик, но не уходил, а усаживался на торце бе­ реговой сваи и продолжал дремать, часто просыпаясь и поводя по сто- ронам мутным взглядом. «Тёп, тёп», - стучали топоры по мокрому дереву, «урилю, ури- лю...», - рассыпались в небе жаворонки. Сергиян всхрапнул, поднял головуи вдруг, как петух на спице, встре­ пенулся, захлопал руками по ляжкам, задребезжал: - Робя! Затевай потеху, сарафан идет! Ей-ей! Ходом катит... Гераська, живо! Широкоспинный, длиннорукий, похожий на краба, Герасим кинул в чмокнувшее бревно топор, пал в лодку и, сгибая вёсла, погнал её вдоль берега к кустам. Потеха, вот уже несколько дней развлекавшая плотни­ ков, состояла в том, чтобы, спрятав лодку, морочить потом прохожему человеку голову, пока тот не начинал раздеваться или готовился повер­ нуть вспять. Другой плотник - недавно демобилизованный солдат Матвей Зем­ нов - тоже воткнул топор и свыжидающей, немного смущённойулыбкой смотрел на женщину в ярком сарафане, идущую по луговой дороге. Он ещё не обвыкся в этоймаленькой артельке, держался неуверенно, скован­ но, да и вообще был, по мнениюплотников, застенчив, уступчив и прост. Когда рядились на починку моста, он легко согласился на третью долю, хотя было ясно, что семидесятилетний Сергиян-уже не работник.