b000002145

пар над ними - лёгкое розовое дыхание земли, в небо взмыл коршун, высматривая сусликов, и под ногами у Никона забегали маленькие серые ящерицы. Зорким взглядом прирождённого степняка Никон наметил впе­ реди себя бугор и прямо шёл к нему, не разбирая дороги, задыхаясь и чуть не падая. Он все-таки не выдержал и, когда бугор был уже близко, остановился передохнуть. Щурясь, обвёл он взглядом всю степь: сзади, совсем, оказывается, недалеко, она упиралась в саман­ ные стены сельских построек, зато слева, впереди размахнулась так широко, что у Никона вдруг закружилась голова Он поспешно заша- гал дальше, стараясь смотреть только под ноги, и забрался на бугор уже из последних сил. «Ах, саранча! Нашли же место, бестии эдакие!» - засмеялся Ни­ кон, глянув вниз. Там, под самым бугром, виднелся белый платок и рядом - круглая кепочка. Запрокинув девке голову, парень целовал её в губы. Никон хотел озорно улюлюкнуть, но в это время девка легонько толкнула парня в грудь, выпрямилась и, ловя петлей пуговицу на кофточке, посмотрела вверх. На лбу у неё сошлись широкие брови. - Ну чего ты, дед, как привидение, по степи ходишь? - строго спро­ сила Марька. Никон вдруг оробел, присел на траву в зацветавшие степные тюльпаны. - Сеять нынче будут... - пробормотал он. - Поспеем и сеять, - солидно отозвался снизу Генка. - Чего вы, де­ душка, волнуетесь? - Да мне что... Устал я. Эвон откуда пёхом иду, - сказал Никон. - Я сяду, а вы - как знаете. Он не видел, ушли Марька и Генка или нет, - он грелся на сол­ нечной стороне бугра, пёстро убранной разноцветными чашечками тюльпанов, щурясь, смотрел в степь, а потом вдруг уронил на тёплую грудь земли свою голову, откатилась прочь шапка, и долго, до самого заката, степной ветер шевелил остатки его белых сухих волос.