b000002145

- Нам не надо, - стыдливо ответило шёпотом сразу несколько голосов. Вскоре ребята ушли. - Попадутся грибы - несите сюда! - крикнул им вслед дядя Вася. Ко всему прочему, он был ещё и ленив, подтверждая этим известный анекдот о бакенщиках: «- Бакенщик, лещ плывёт! - Жареный?..» Вполдень, когда я стал варить уху, а дядя Вася уснул на куче палого листа, пришли художники с заляпанными краской этюдниками. Один художник был седой красивый старик, проницательно смот- ревший из-под нависших бровей спокойными насмешливыми глаза­ ми, другой - молодой, с длинными прямыми волосами и сухим ли- цом, одетый с нарочитой небрежностью в широкую блузу и выли- нявший берет. Они расположились неподалеку от моего костра, вынув из этюд- ников палитры и натянутые на рамки холсты. Я знал, что художники не любят, когда за их работой следит пос- торонний глаз, и поэтому старался не смотреть в ту сторону, где они сидели. Уха была готова. Мне пришла мысль позвать к обеду художников, дядю Васю и рыболова, который всё ещё сидел на берегу, похожий в своей плащ-палатке на огромную уснувшую птицу. Подойдя к нему, я начал обычный разговор о клёве, о погоде, о рыбных местах. Он, казалось, очень обрадовался моему появлению, заговорил оживлён­ но и доброжелательно; выбритое морщинистое лицо его приветли- во заулыбалосы На предложение отведать ухи он согласился просто, без церемоний. - У вас, я видел, хорошо клевало, а я вот ничего не наловил. Так си­ дел, думал... Да и рыболов-то я от случая к случаю, - виновато сказал он, медленно наматывая леску на бамбуковую удочку. Когда я появился за спинами художников, они даже не огляну­ лись на меня, явно демонстрируя своё презрение к непрошенному зеваке. Я свободно рассматривал их этюды.