b000002145

прочитал в газете, что мой город победил в соревновании по озелене- ниюулиц. Да и сам я, не по газете, а по жизни, вижу, как лес входит в го­ род и как долговязые лесные липы постепенно кряжистеют стволами и круглеют кронами на вольном свету наших широких улиц. Мне при этом всегда вспоминается безвестный волжский Ставро­ поль, прославившийся потом как центр строительства Куйбышевской ГЭС. Был он одноэтажный деревянный городок с немощеными ули­ цами и с таким обилием серого, грязного городского песка, что впол- не оправдывая свое ироническое название, данное ему строителями, - «Ставропыль». Однако здешние старожилы помнили другие времена, когда улицы города сплошь зарастали мягкой гусиной травой, а в пали- садниках перед окнами домов цвели кусты сирени и жимолости. Тогда вокрут города гудели на ветру могучие сосновые боры. Их корни цепко держали песок. Но чья-то лихая рука свела вокрут Ставрополя лес; ого­ ленные пески, подхваченные заволжскими суховеями, ринулись на го­ род, затопив его улицы. Людипоняли своюоплошкуи там. Ставрополю все равно было стать дном морским, но в новом городе, на высоких сосновых холмах, уже ревностно берегли каждую ветку. И куда бы я ни заходил - в клуб, шко­ лу, столовую, в квартиры и даже в автоколонну, - всюду смолисто пахло хвоей и лежали светлые зыбкие тени соснового бора. Уменя лично жизнь связана, как и с рекой, с лесом. Я часто думаю, что имя обязан и своим творчеством. Вминуты восторга, которыми так щедроможет дарить природа, человекухочется, чтобы все люди глядели одними с ним глазами, чувствовали одним с ним сердцем; он сам щедр. Не потому ли так часто берется за перо именно тот, кто по роду своей профессии или по рыболовно-охотничьей страсти стоит близко к при- роде? Яне помню, когда мне впервые открылось, что я писатель. Но пер­ вый сознательный позыв к слову родился именно из этой потребности делиться с кем-то счастливыми минутами близости к природе. Так было нацарапано обычное детское: «Один раз мы ходили за грибами». И те­ перь, когда родственники мои удивляются: «В кого ты? Никто в роду у нас не писал, откуда ж это у тебя-то?» - я, смеясь, говорю: - Из леса, вестимо!