b000002145

- Верно, ты не знал. Ники та Ильич отошел к окну и, покачиваясь с пятки на носок, дол- го смотрел на зали ты й солнечным светом пустырь перед лесом, еще не очищ енный от строительного мусора. - Запомни , что я скажу тебе, и больше никогда не будем во звра - щаться к этому разговору, - начал он, не поворачиваясь к Никите. - По молодости лет мы с ней п рин яли за любовь то, что вовсе не было любовью. А когда п оняли это, то обнялись, поцеловались и без слез, без упреков разош лись в разны е стороны . - Почему я остался с тобой, а не с ней? Какой-то н етипичный слу- чай, - усмехнулся Никита. - Тебе было плохо со мной? - Я не знаю, как бы мне было с ней. - Тебе не хватало ее? - Наверное. Ведь по отношению к ней я, как слепой от рождения, не знаю, что такое свет. - Тебе лучше было остаться со мной , малыш. - Почему? - Видишь ли... - Говори прямо, старик, без всяких «видишь ли». - Она давно любила одного человека... геолога... и уехала с изыска- тельской партией в тайгу. Там ребенку было не место, тебе шел всего лишь в торой год. О н а хотела в зять тебя по возвращ ении , но заболе- ла и умерла. - Ты говориш ь так, как будто хочешь выгородить ее передо мной. - Поверь мне! - с горечью воскликнул Н и ки т а Ильич, поворачи - ваясь наконец к сыну. - Она обязательно в зяла бы тебя, если 6ы не заболела и не умерла. - Врешь, старик. Он а жива. Ни ки та вынул из книги телеграфный бланк и протянул его отцу. Еще не п рикасаясь к бланку, Ни ки та Ильич понял, что все, что до сих пор тщательно скрывалось им от Ники ты , стало ему каким -то обра- зом известно, и скрывать от него далее правду невозможно. - И звини , - сказал он. - Она жива. - Значит, Канунников прав? - с едкой усмешкой спросил Никита.