b000002144

- Здравствуй, Никита. Не смущайся. Меня на самом деле трудно узнать. - Что с тобой, боже мой?! - Мое дело плохо. Но об этом потом. Где нам поговорить? Куда можно пойти? - Яхотел пригласить тебя наверх, в ресторан. Как ты? - Там не людно? - Сейчас нет. Обеденный перерыв кончился. - Наверх, так наверх, - равнодушно сказала Людмила. Они поднялись в круглый куполообразный, как храм, зал с огромным зеркалом во всю стену, с высокими узкими окна­ ми. Здесь тоже было много красного дерева, тяжелых порть­ ер, массивной мягкой мебели. - Давай сядем так, чтобы я не видела себя в зеркале, - по­ просила Людмила. Они сели за колоннами, отделявшими от основного зала как бы еще небольшой серповидный зальчик, и сейчас же лег­ кой походкой к ним подошел старый метрдотель с выхолен­ ной до блеска лысиной. Он очень гордился тем, что емудове­ лось когда-то во время оно обслуживать Горького, и теперь считал своим долгом оказывать всем местным литераторам снисходительное покровительство, иногда выражавшееся даже в небольшом кредите. - Мое почтение, Никита Ильич. Ваш обычный обед будете кушать? - спросил он и для Людмилы, которую видел впер­ вые, перечислил: - Помидорчики, огурчики, редис - цельные, жульен, осетрина на вертеле. Может быть, желаете что-нибудь добавить? Никита Ильич вопросительно взглянул на Людмилу. - Все равно, - сказала она. Метрдотель ушел —худощавый, прямой и легкий. Людми­ ла щелкнула замком сумочки, вынула из нее сигарету и жес­ том показала, что ей нужны спички. - Ты бы не курила, - осторожно сказал Никита Ильич. - Все равно, - опять сказала она. - Что же все-таки с тобой? - Я больна. Теперь уже ясно, что неизлечимо. Никита Ильич точно оглох, — такая звенящая тишина вдруг наполнила его, как бывало всегда в минуты страха. - Неправда, - хрипло сказал он. - Нет, Никитушка, правда, - усмехнуласьЛюдмила. - Ясама была бы рада сомневаться, но у меня нет даже этого облегча­ ющего сомнения. Все слишком ясно. Взгляни на меня. 327