b000002144

и черт с ними!») и теперь, сменив платье на махровый халат, подвязав косынкой волосы, поспешила в ванную. По пути она нагнулась ктарелке с черешнями и схватила губами однуягод­ ку, чтобы не прикасаться к ней немытыми пальцами. - Ах! Вода была теплая в самую меру - приятно успокаивающая, почти не ощутимая кожей. Надя чувствовала себя невесомой. Сквозь полудрему она думала о том, что наступило лето, и как это хорошо, что зима, которую она не любила, наконец про­ шла. Теперь вся она на речном ветру и солнце покроется зо­ лотистым загаром, на пляже ее будут провожать восхищен­ ные и завистливые взгляды, потому что ни у кого нет загара такого великолепного оттенка и такой прямо-таки плакатно­ рекламной ровности, а потом она поедет к морю - к завет­ ной мечте ее, к вершине ее желаний. Море с давних пор мани­ ло к себе Надю, но не экзотикой своей, не чарами легенд, ове­ вающих его. Оно было для нее одним из символов материаль­ ного достатка наравне с норковым манто и собственной ав­ томашиной. Как же иначе?! Ведь обеспеченного человека от­ личает от других прежде всего то, что он имеет собственную автомашину, покупает жене норковое манто и каждый год проводит бархатный сезон у моря. Пусть всякие недалекие романтики утверждают, будто оно пахнет йодом и мокрыми канатами. Оно пахнет подгоревшим бараньим жиром шаш­ лыков и перебродившим соком винограда. Надя заметила налевой руке вышелоктядва синих пятныш­ ка - следы слишком пылкого выражения чувств, оставленные Никитой, - и уже нахмурилась, намереваясь рассердиться на него, но вместо этого, удивляясь самой себе, вдругулыбнулась нежно и горько. Зачем только устроено так, что пока ты мо­ лода и красива, пока молод и красив твой Никита, вы не имее­ те возможности поехать к морю на собственной автомаши­ не?! Почему надо сначала долго работать, вбить в труд лучшие годы и лишь в каком-то отдаленном и призрачном будущем пожать сомнительные плоды этого труда?! Снова закутавшись в махровый халат, теряя на ходу шле­ панцы, Надя медленно прошла в свою комнату, за ширму, села перед зеркалом на низенький пуфик и распустила волосы. Гребень с натугой вошел в их тяжелую густоту. Нет, она не согласна ждать так долго. Никита прелестный мальчик, и на них всегда оглядываются прохожие, но у него нет собственной автомашины, на которой они могли бы по­ ехать к морю. Норковое манто он тоже не купит ей... Впрочем, 318