b000002144

Днем в самую жару прошел неожиданно холодный, даже какой-то обжигающий дождь и оставил в воздухе резкую све­ жесть осени, как бы напоминая о том, что август уже перева­ лил за свою середину. Япереехал через Клязьму и долами, пол­ ными студеной сырости, напрямик зашагал кУводи. Но в пой­ ме не ходят напрямик. Мокрый по плечи, весь в паутине, выб­ рался я наконец из ольховой крепи на дорогу, не одолев и половины пути, а солнце уже вызолотило небосклон, погру­ жаясь в холодный туман заречных болот. Пришлось приба­ вить шагу. По совести говоря, мне не хотелось прийти на гид­ ростанцию, которую я помнил празднично залитой щедрым солнцем июля, в такой неприветливый вечер, но, кто знает, когда бы еще выпал случай побывать там? Заросли уже расступились перед дорогой. Впереди от­ крылся холмистый простор, синеющий вершинами увалов, по которым кое-где еще спадали несжатые поля ржи. Колоколь­ ня встала передо мной во весь рост на открытом холме, и по ней струился вниз подвижный от тумана, оранжево-желтый отблеск заката. Там под холмом стояла гидростанция. ...Но ее там не бьшо. Полусгнившие бревна с выворочен­ ными скобами торчали из суглинистого берега, вода стреми­ тельно бежала по размытому осклизлому каменнику между позеленевшими сваями, омывая, как туши каких-то погибших животных, два крутобоких ржавых сопла турбины. Луг, кото­ рый остался в моей памяти таким распестренным и гомонли­ вым, был теперь пустынен и дик. Застойную воду в заводях и баклушах сплошь покрывала сочная ряска чуть не с копейку величиной, стебли осоки сухо терлись друг о друга, а одино­ кая фигура рыболова - парнишки лет пятнадцати с озябшим носом - только еще выразительней подчеркивала запустение и одичание окрестных мест. Он закидывал леску на кривом березовом удилище прямо в водоворот у разрушенной пло­ тины, где медленно вертело и вспучивало густую кашицу из ряски, и часто выхватывал то крупного ельца, то плотицу, выс­ какивавших из воды с каким-то влажным пробочным чмоком. - Ачто, станцию-то давно сломали? - спросил я. Он переложил удилище из руки в рукуи повернулся ко мне. - Давно. Ужи забыли. - Чем же она вам мешала? - Морока с ней, - усмехнулся он. - Больше чинили, чем пользовались. Асвет на одну избу-читальню давала. - Ну, а теперь какже? - Теперь у нас будка. 280