b000002144

рыту с водой ленивых уток; рядом с Митей на половиках пой­ нтер Лай щелкал зубами на докучливых мух. Этот мослатый, ребрастый, неуклюжий пес был добродушен и конфузлив, ча­ сто задумывался со слезой в грустных глазах и вдруг преры­ висто вздыхал, словно ребенок после продолжительного пла­ ча. Во сне его преследовали кошмары, он скулил, повизгивал, и тогда приходилось будить его толчком в бок Он всегда вы­ зывал в Мите щемящую жалость, приходя с разорванными ушами, кровоточащим глазом или прокушенной губой после драки с другой собакой, обитавшей во дворе, - угрюмой ры­ жей дворнягой Пиратом. Это был некрупный, но по-боецки ловкий, мускулистый и свирепый зверь. Его прозрачные гла­ за смотрели зло и презрительно. О, как страстно желал Митя хоть одной минуты торжества Лая над этой рыжей тварью, источавшей смрадный запах по­ моек и псины! Но странно - как ушел Лай, доживший до глубокой старо­ сти, он не помнил, а вот Пирата, из озорства убитого кварти­ ровавшими на первом этаже плотниками, он сам закопал под стеной сарая и часто потом плакал, вспоминая в лохмотья иссеченную топорами рыжую тушу с одним отверстым гла­ зом, затянутым голубоватой мутью. 2 Первым его ощущением матери было, пожалуй, ощущение необыкновенно душистого тепла. Сделавшись постарше, он часто украдкой целовал ее одежду, чтобы почувствовать этот милый запах. Но лицо, лицо ее существовало для него только теперешнее: с грустными, много плакавшими глазами, кото­ рые всю жизнь будут ему самым мучительным упреком за то, что он часто бывал виновником их скорбных слез. Один только день раннего детства, связанный с матерью, брезжил в его памяти. Они шли мимо торговых рядов по рас­ каленным булыжникам мостовой, он держал в руках коробку с оловянными солдатиками и, несмотря на обладание этой вожделенной коробочкой, капризничал, потому что устал и хотел пить. И,должно быть, какой счастливыйдень былумамы, если, обычно раздражительная и усталая, она в ответ лишь ве­ село подтрунивала над Митей, потом —о радость! —подошла к извозчичьей пролетке, посадила его на высокое, стеганное ромбами сиденье, и они покатили, покатили по солнечным улицам города мимо белых стен и сверкающих окон... 126