b000002142

— В живот, и там осталась. Д о свидания! Кланяйтесь командиру первой роты. Побеседовавши о разны х разностях еще немного, направляю сь к себе. Фельдфебель встречает по дороге: — Там в нашу роту восемь лопат прислали , так как с ними прикажете? — Раздать повзводно. — Слушаюсь. А еще у нас убило Сидоренку. — Эх! Как на грех хорош их солдат выбивают. — Так точно. Сапоги я при ка за л снять. Тут у нас у одного плохие, так я велю ему их отдать. — Хорошо. —• А как прикажете с шинелью? Надо бы тоже снять, да уж очень кровью залита. — Н у что ж, куда ни шло, похороним в шинели. Мо- ги л у рыть послал? — Так точно. — Ладно. А насчет свящ енника я потолкую. Тут, кстати, сегодня утром в шестой роте пулеметчика убило. Вместе их и похоронит. Вечером ко мне заходит полковой священник. — Что, батюшка, хоронить приехали? — Уже похоронил. — Ж аль, а мне из штаба полка обещали гроб при~ слать. Батюшка машет рукой: ■— Эх, полноте, не все л и ему равно! Вот здравый в з гл яд — конечна, безразлично. Ну, что же рассказать еще об этой смерти? Вот, собственно, и все. Через несколько дней появится в при- казе: «Рядовой второй роты Порфирий Сидоренко, уби- тый на позиции у д ер е вн и ... исключается с денежного, приварочного, чайного, мыльного и табачного доволь- ствия». Ж изнь кончена и подведен итог. ПИСЬМО ВОС ЕМ Н АДЦ АТОЕ Ира! Отправляю тебе с моим вестовым Алексеевым (быв- шим московским лихачем ) то, что успел наскоро собрать.