b000002142

нам, сбежит по ступеням и, отыскивая его среди этих серебряных в сумерках берез, пойдет, повторяя настой- чиво и чуть капризно: «Скиф! Скиф! Где ты?» И он, я знаю, ж д а л этого момента, потому что, когда она в лег- ком халатике сбегала с крыльца и бесшумно скользила по лесу, то была как прекрасный молодой зверь, про- ©орный и гибкий, каждым движением которого можно без устали любоваться. Возможно, тогда в нем и просы- палось что-то скифское, но ей-то, видите ли, кажется, что он похож на скифа потому, что любит лес, поле и горячий ржаной хлеб с постным маслом. Мне захотелось заговорить с Владимиром Андрееви- чем. Ему, видно, надоело смотреть на окна, и он ходил от березы к березе, прикладывая к их стволам ладонь. «Зачем это он?» — подумал я и, тоже потрогав глад- кий ствол березы, ощутил его глубокую влажную тепло- ту, которая была подстать теплоте живого тела. — Придете домой и запишите в книжечку, что ство- лы берез, нагретые за день солнцем, были теплы всю ночь, — сказал я. — Запишу, — засмеялся Владимир Андреевич. — Вот вы давеча сказали, что вам многое прихо- дилось делать в хозяйстве. Вы, стало быть, из дерев- ни? — спросил я. — Да. Есть за лесами, за долами т ак ая деревенька. Девять изб смотрят на белую, в кирпичных ссадинах ограду. З а оградой — кладбище: вековая тень под вя^- зами, трава по пояс, желтые цветы чистотела, пчелиный гуд. Там и сейчас живет моя мать. А отца у меня нет. Но я его помню. И д аже не его самого, а какое-то очень яркое впечатление, оставленное им во мне на всю жизнь. Может быть, я потом дорисовал всю обстановку этого дня, но мне кажется, что когда-то так было на самом деле: дорога в сухой спелой ржи, телега, знои и груды пухлых облаков на горизонте... И почему-то все это — отец. Мне было семь лет, когда о іі ушел на фронт... Ну, а мать — такая, знаете, женшина в платке, с вдовьими губами, добрая и строгая. У нас почти в каждой избе есть вдова. И это я уже отчетливо помню, как выбегала какая-нибудь бабенка из избы и с воем брякалась оземь. Так и моя мать выбежала однажды... По какому-то обычаю у нас считается, что горе не надо прятать от людей. В этом иногда бывает чго-то показ