b000002142

короче. Дорога.переходила здесь в бетонную автостра- ду, и машина ровно, без толчков летела по ней на пре-" дельной скорости. — Хорошо шли, — сказал мужчина, когда впереди за обширным полем показались пышные кущи Измайлов- ского парка. — Никак не могу держаться в графике, — самодо- вольно признался шофер. — Машина есть машина. Она сама просится. Тебе куда в Москве? — Д а никуда, — пожал плечом мужчина .—-Попро- бую сразу попасть на симферопольский. — Думаешь, так просто достать билеты? — Мягкие могут быть. — Мягкие, пожалуй, могут. Ты иди в кассу, а вещи и мальчика оставь в машине. Я буду стоять два часа. — Спасибо. На площади Курского вокзала машина плавно раз- вернулась и встала в ряд таких же блестящих черных ЗИМов с шашечной полосой на кузовах. Мужчина ушел. Он вернулся через час и сказал, что взял билеты в мягкий вагон. Разбудили мальчика, уснувшего на зад- нем сиденье. Шофер вынул из багажника чемодан. — Ну, счастливо. Может быть, на обратном пути опять ко мпе попадешь. Они пожали друг другу руки. Мальчика шофер потре- пал по плечу. Через час огромное расстояние уже лежало между ними. Мальчик попросился спать, залез с головой под чистую твердую простыню, но не спал. Мужчина, стоя у вагонного окна, глядел на пыльные постройки мимоез^- жих станций, на ржаные поля, на затянутый дымкой предвечернего зноя горизонт. А шофер в это время был в обратном рейсе. Его рука, лежавшая на баранке, еще как будто ощущала угловатое, податливо слабенькое плечо мальчика. Ему вспомнилась его холостяцкая ком- ната, пропахшая табаком и объедками, лампочка без абажура, приятели с поллитровками после рейса, ^слу- чайные женщины — и возможность выбиться из этой «а- езженной колеи непонятным образом связывалась те- перь в его представлении с таким вот мальчишкой, гля- девшим на него с комичной серьезностью равного.