b000002139

персидских гебров, созидающий огонь Пьера Мартена, по­ жар безумца Герострата, позорное пламя костров средне­ вековой инквизиции и печей Освенцима — вся история са­ мой Земли, ее цивилизации и культуры кажется ему оза­ ренной светом огня и накаленной его жаром. Он хочет, чтобы ликующим гимном и печальным реквиемом звучал этот рассказ об огне, и потому работает упорно, придир­ чиво, зло. Читает написанное Никонов только Нале. И часто, очень часто, едва запахнет в доме березовым соком и за­ бьется в печи огонь, ему вспоминается тот далекий зимний день, соединивший их в чем-то гораздо большем, нежели та первоначальная хиленькая любовь, которая не устояла бы перед годами, разминувшими их в жизни.