b000002139

— Все-то мои заботы ты знаешь, Игнатьевна, — ласко­ во усмехнулся Горчаков. — Да ведь как же! В одном котле кипим. Ну, ступай, пожалуй. Устала я. Горчаков пожал ей руку и вышел. Было уже прохладно. Садясь в машину, он застегнул верхнюю пуговицу плаща и опять, к удивлению шофера, молчал всю дорогу до своего городского дома.