b000002139

морковный и сахару-то нет, совсем угостить тебя нечем». И опять: «Ха-ха-ха». А между прочим, взяла из детского дома сиротку и пестовала ее, как родное дитя. Когда у нас Иван Потапыч полковник Набойко появился, эта самая сиротка уж девушкой была и в городе в медицинском учи­ лище училась. Чернявая, румяная — прямо яблочко ани­ совое, до чего хорошая девушка. Приезжала по воскресень­ ям домой. Идет вот так же осенью Иван Потапыч нашими задами, вышагивает, как журавль, — высокий был, го­ ленастый, — а она навстречу ему. И несет целый пук всяких листиков. «Зачем несешь?» А та отвечает: «Для гербария...» Знаешь ты такое слово, перец? — неожиданно спросил старик парня. — Ну, ты не больно, — смутился тот. — Рассказывай знай. — Стой, расскажу. «А кто тебя этому учил?» — спра­ шивает Иван Потапыч. «А мы, — говорит, — этим с па­ пой еще на Украине занимались, когда я маленькой бы­ ла». — «А где твой папа?» — «Не знаю». — «А как тебя звать?» — «Катей». — «А маму?» — «Ту маму Верой звали, а эту Анной». Тут полковник Набойко даже на ко­ ленки перед ней встал. «Прости, — говорит, — что пове­ рил я, будто ты погибла, Катюша, и не искал тебя. Ведь ты моя дочка...» — Ах-ти, — прошептала женщина и вытерла пальца­ ми глаза. — Стой! — сказал старик. — После этого Иван Пота­ пыч и учительница порешили, что дочку им не делить, поженились и поехали в Сибирь. — Зачем же в Сибирь-то? Нешто тут счастью тесно? — спросила женщина. — А туда Катюшу после учебы послали. Вот снялись они и поехали на новом месте огород городить. — И все врет, — заключил парень. — Ну разве так бывает в жизни, чтобы люди друг друга так просто на задах нашли? Нет, не могу я этого старика слушать. И он подвинулся еще дальше, за гребень откоса. — Ничего удивительного, — возразила женщина. — Человек войной корежен, всякими бедами трачен, он дол­ жен свое счастье найти. Кому же еще, как не ему, найти свое счастье? 207 *