b000002139

кольня встала передо мной во весь рост на открытом хол­ ме, и по ней струился вниз подвижный от тумана, оранже­ во-желтый отблеск заката. Там под холмом стояла гидро­ станция. ...Но ее там не было. Полусгнившие бревна с выворочен­ ными скобами торчали из суглинистого берега, вода стре­ мительно бежала по размытому ослизлому каменнику между позеленевшими сваями, омывая, как туши каких- то погибших животных, два крутобоких ржавых сопла турбин. Луг, который остался в моей памяти таким распе­ стренным и гомонливым, был теперь пустынен и дик. Застойную воду в заводях и баклушах сплошь покрывала сочная ряска чуть не с копейку величиной, стебли осоки сухо терлись друг о друга, а одинокая фигура рыболова — парнишки лет пятнадцати с озябшим носом — только еще выразительней подчеркивала запустение и одичание окрест­ ных мест. Он закидывал леску на кривом березовом удилище прямо в водоворот у разрушенной плотины, где медленно вертело и вспучивало густую кашицу из ряски, и часто выхватывал то крупного ельца, то плотицу, выска­ кивавших из воды с каким-то влажным пробочным чмоком. — А что, станцию-то давно сломали? — спросил я. Он переложил удилище из руки в руку и повернулся ко мне. — Давно. Уж и забыли. — Чем же она вам мешала? — Морока с ней, — усмехнулся он. — Больше чинили, чем пользовались. А свет на одну избу-читальню давала. — Ну, а теперь как же? — Теперь у нас будка. — Чего? — не понял я. — Будка, — нетерпеливо ответил он, опять выхватывая из-под ряски толстоспинную плотву, и в то же время ука­ зывал мне свободной рукой в сторону села, куда, по-види­ мому, к трансформаторной будке, перевернутыми ижица­ ми сбегались длинноногие деревянные столбы с подпор­ ками. Мне все стало ясным. Стареем и разрушаемся мы, а жизнь, разрушая старое, набирает свежие силы и моло­ деет. Сожалеть ли и грустить по этому поводу? Конечно же, нет. Но когда я шел по сумеречным долам и уже со­ 170