b000002139

Выставив из воды горбоносую, увенчанную широкими, как чаша, рогами голову, лось преодолевал напористое стремление воды. Вот он уже ступил на дно, мощным рыв­ ком вынес из пенистой воды грудь, вышел на берег, отрях­ нулся и медленно зашагал в глубь поймы, Много величия, силы и даже как будто сознания своей красоты было в осанке этого заповедного зверя, и дядя Леня весь как-то потянулся к нему, упираясь руками в обрубок бревна. В это время за изгибом реки коротко и резво рванул ти­ шину поймы пароходный гудок. Лось метнулся, вскинул голову и, все убыстряя бег, помчался к лесу, без усилия выбрасывая тонкие, с широкими копытами ноги в белых чулочках. — Вот бы мне лосиные-то ноги!.. — с каким-то томле­ нием сказал дядя Леня. — Всю бы землю напоследок обе­ жал. Так бы и стеганул по болотам, по гарям, по ле­ сам... Он сразу обмяк и маленьким комочком свернулся над костерком. С тех пор часто бывало, что мы поглядим друг другу в глаза, и я спрошу: — А что, дядя Леня, вот бы лосиные-то ноги? Он так и встрепенется весь. — Ударился бы по болотам — иээх! В то время я давно уже собирался в пешее путешествие по древней владимирской земле, моей родине, но всегда ка­ кие-то дела и заботы житейской повседневности меша­ ли мне. «Время свистит над головой — только шапку держи, чтоб не сдуло, — подумал я. — Далеко ли те годы, когда и мне придется мечтать о лосиных ногах...» И в то же лето, кинув за плечи рюкзачок, уже шагал навстречу ветерку по пути, предопределенному всей моей предыдущей жизнью, а спустя еще десять лет повторил его на лодке. Зачем я пошел и чего искал? Кому-нибудь этот вопрос, может быть, покажется ясным: ты, мол, писатель, вот и пошел «собирать материал», кропать вечным перышком в записной книжице всякие наблюдения. Но такой нужды у меня не было, и я ни в тот, ни в другой раз не искал никакого «материала», не делал никаких записей, а просто 132