b000002139

Одним словом, устроился я было совсем комфортабельно и дней пять благодушествовал, но затем природа, очевидно, вспомнила, что она не терпит пустоты, и принялась напол­ нять мою землянку водой. «Один день лил дождь сорок дней, сорок ночей; другой день лил дождь сорок дней, со­ рок ночей», а на третий день у меня уже был-всемирный потоп. Проснувшись утром, я увидел, что кровать моя тор­ чит в воде, как Ноев ковчег среди океана, а рукав шинели, которой я покрываюсь, свесился вниз и всасывает воду не хуже патентованного насоса. Тогда я уже рассердился всерьез и переселился в офицерскую землянку, где и обре­ таюсь до настоящего времени. Ну, что еще о наших невзгодах? Завелся у нас, конечно, и «внутренний враг». У ребят он, как они говорят, величиной с воробья, у нас же не успевает достигнуть величины и черного таракана. Раньше мы боролись с ним кустарным способом — вручную, — теперь же перешли к машинному способу обработки. Полу­ чили машину, которая обрабатывает его сухим паром с примесью формалина. И теперь перевес явно на нашей сто­ роне. Занятно было смотреть на ребят и слушать их злорад­ ные восклицания: — Так его, хорошенько! Ну, а что решительно отказывается повиноваться «побе­ доносному русскому воинству», так это наша погода. Не по­ года, а слезливая старушонка какая-то. Даже странно немножко : у нас в Коврове, конечно, по расписанию послед­ них лет полагается на первый день рождества двадцать гра­ дусов мороза с ветром, а у нас здесь сырость и грязь. Ну вот уж, кажется, и все об наших бедствиях; больше ничего о них придумывать не могу, да и письмо кончать пора. Кончу его поздравлением с Новым годом. Все равно раньше не дойдет. Ваш Женя. 108