b000002137

старицах поймы смежных районов — Камешковского, Вязниковского, Гороховецкого и Суздальского. В пятьдесят втором году заиоведник, выполнивший свою задачу, был уиразднен, а на расширенной территории образован госзаказник, где всякая охота круглый год за- прещена. Ныне это место служит для безоиасного рассе- ления ценных пушных зверей двух областей — Владимир- ской и Ивановской. Егерем этого госзаказника, его верным хранителем, бдительным стражем и состоял Фигуровский. Владимир Дмитриевич сходил в дом, вынес планшет, сохранившийся с военных лет, достал оттуда карту-двух- верстку и показал мне угодья заказника, его границы. Ле- са, болота, луга, озера, протоки, ручьи, колодцы, сторож- ки, дороги, даже охотничьи тропинки —все было отмече- но на этой карте. Впоследствии, по пути, я видел подобные карты, прав- да схематические и в ином масшабе, на щитах и видных местах у развилок дорог, на правом и левом берегах Клязь- мы. Щиты предупреждали: «Охота запрещена. Госзаказник». —Что же, Владимир Дмитриевич, у вас в городке нет охотников? — Почему же? Чуть не в каждом доме. И стар, и мал. — Охотиться-то ведь им негде. Заказник. — Угодий вокруг хватает, кроме заказника. Вот в этой стороне. И там, — онделает широкий жеструкойнад моей головой,— Было бы желание. Много у нас метких охотни- ков и умелых рыболовов. В лесах и на реке живем... Владимир Дмитриевич одет в старый, но очень опрят- ный, выглаженный костюм — полинявшую защитную гим- настерку и брюки военного образца. На голове — синяя фуражка, на ногах —резиновые сапоги. Он очень сиді- патичен, светел лицом, горбоносый, глаза ясные, зоркие, приветливые. Живет в Клязьминском Городке всю жизнь, отсутствовал только в войну. В армии был до сорок шесто- го года. У него —двухстволочка тридцать второго калибра, его верная спутница на охотничьих троиах. Хозяин угостил меня отличными яблоками из своего сада — белым наливом с шести-семилетних яблонь... Но о садах его я уже упоминал в главе «Корзиночка».