b000002137

— С голодного брюха болыю-то не заиграешь, — вста- вил мужик, лежавший на спине. — Приятель у тебя, знать, сытый,—усмехнулся ему в ответ Кондратьев. —Хорошо играл. Рожечник встреиенулся и оживленно заговорил: — Это мне очень приятио от тебя слышать, Николай Васильевич, потому слава о тебе идет по деревням боль- шая. Говорят, великий ты искусник на рожке... А сытость наша известна. — По ярмаркам с рожком надо идти, —убежденно ска- зал Кондратьев. —А землю иахать кто будет? — спросил мужик, все так же пристально глядя в небо. — Окупится. — Ой ли? —Я бы пошел, — вмешался в разговор рожечник. Да один как пойдешь? Боязно. — Зачем один. Хор собьем. Ты приходи в Мшнино, зо- ви еще мужиков, которые играют. Йз Суслова придут, нз Горок, из Машкова... Сыгровку устроим и пойдем с богом. — У нас это дело обдумано, — сказал Матвей, вдруг иоверивший в затею Кондратьева. — Вы не сомневайтесь... Так было положено начало первому хору владимирских рожечников. Долго они скитались .по российским дорогам, по которым в те времена проходило много разного люда кто в поисках куска хлеба, кто истины, кто приключений. Однажды в избе Кондратьева появился человек гро- мадного роста и необъятной толщины, назвавший себя по имени Антоном Картавовым, а по роду занятий антрепре- нером. С ним приехала жена Мотя —красивая брюнетка, маленькая и стройная, как девушка. Все дела вершила она: Картавов только отдувался и громко хохотал над сво- ими же шутками. Эта чета пригласила рожечников на гастроли в Мос- кву, в Петербург и другие города России, суля хорошие барыши. Рожечники иодумали и согласились. Летом 1883 года они вьгступали в ресторанах и летних садах Петербурга. Под жилье им отвели большой дощатый балаган в глу- бине парка, где их неожиданно посетил молодой офицер, окруженный сиянием блестящих пуговиц, эполет и ак- 40