b000002137

вание «Улыбка». На ровной луговине берега у подножья леса стояло правильным строем пять палаток. Посредипе был устрѳен на прочных столбах большой навес, нод кото- рым расположился длинный стол, а по обе его стороны — скамейки. Это была столовая. К ней примыкала кухня, да не какая-нибудь походная времянка, а с газовой плигой, полным набором посуды, столового белья, с кладовкой для хранения продуктов и прочими удобствами. Над столом и в кухне гирляндами висели маленькие электрические лампочки. Было тут и радио. Кроме кладовки в лагере, как оказалось, имелся еще и погреб. В лесу под березой был выкопан неболылой родничок, сверху он закрывается крышкой. Маша сказала, что его вода испытана в лабора- тории и признана вполне пригодной для питья. — В реке мы только умываемся, — сказала Маша. — И купаемся, конечно... В стороне стояла высокая будка из фанеры, с легкой дверцей. Это был галыон. Все признаки городского уюта, от которого мы сбежали в лес, на реку, как бы настигли нас в лагере «Улыбка». Я невольно содрогнулся. А Маша, ничего не подозревая, решила нанести нам последний удар. Она показала доску, на которой висел не- болыной листок — стенная газета «Ерш», орган партий- ной, профсоюзной, комсомольской и пионерской органи- заций туристского лагеря «Улыбка». Тут, действительно, жили представители всех трех поколений, но в этот час по точному расписанию один отправился за пять кило- метров в деревню Симоново за молоком, другой ушел ры- бачить, третий собирал грибы в лесу. «Улыбка» показалась нам такой горькой, что мы пос- пешили убраться из лагеря поскорей. Песок на зубах Остановка между Суханихой и Любцем, перед Ковро- вом, была хотя не очень комфортабельна, но все же имела свои преимущества. Мы стояли на левом берегу на песча- ной косе, намытой земснарядом. Напротпв — покрытый лесом, продолговатый остров, как все острова на Клязь- ме с дубами, ольхами и ивняком. Вверху — Бельковская пойма. Сено скошено. Комаров нет. С вечера, когда было 7* 99