b000002131

— Ты ; старик, вижу, не дело затеял,— напутствовала она Аверкия.— Зачем Устинью с Ванькой сводишь? Д у ­ маешь, я слепая. Муж с женой, что вода с мукой — сболтать сболтаешь, а разболтать не разболтаешь. В этом деле оши­ биться нельзя. — Эх, мать, мать,— укоризненно качал головой А вер ­ кий.— Х о ть и поставили тебя бригадиром, а ума ты за свой век не нажила. Ведь задушит он меня, как мышь, какую-ни­ будь, ежели Устя за него не пойдет. — Что-то ты загибаешь, старик... — Ничего не загибаю. Кто я без объездчика? Ноль без палочки. Поленом гнилым не могу попользоваться. Тут какая механика... Не успели, скажем, фабрика или гортоп вывезти в срок дрова, сейчас лесхоз тут как тут. Эти дрова по закону еже государственные. А сколько их не вывезе­ но — лесник да объездчик ведают. И захочет объездчик леснику потрафить — потрафит, а не захочет — свищи в кулак. — Уж точно — механика!— усмехнулась Настасья. — Про то и говорю. Будет Ванька зятем, мы с ним т а ­ кие дела завертим — тысячные! — Ну и попадетесь вместе. — Небось. Т ак тонко исделаем—комар носу не под­ точит. — Я тебе, Аверкий Ильич, вот что скажу,— нахмури­ лась Н астасья.— Брось ты свои темные дела. Не в струю они нашей с Устей жизни. А не хочешь по-людски жить, честно да прямо, вот бог, а вот порог. — Настасья! — рассвирепел Аверкий. — Ну что Н астасья ? Была Н астасья без счастья, да нашла в одночасье. После этого разговора Аверкий, обычно заискивающе почтительный с объездчиком, стал встречать его сухо и не­ приветливо. «Одна болтовня с тебя, малый,— думал он, слушая Вань­ ку.— Эдак я только водку зр я травлю». Надо было показать, что он недоволен объездчиком, и, как только грязно-белая Ванькина лошадь появлялась из-за сосен, Аверкий делал вид, будто занят работой и ему страсть как не хочется отрываться. Он с маху тыкал на стол посуду, хлеб, закуску и грубо говорил: — Садись, что ли! Нечего там топтаться. 163