b000002131

погладила мать по черным блестящим волосам, не закры ­ тым на лбу платком, и шепнула: — М ам а ... Вышли они непривычно размягченные каким-то тихим грустным чувством. Н а конце села, там, где стояли длинные бревенчатые конюшни, сбившись в кучу и стараясь положить голову на круп друг дружке, живым клубком вились жеребята-двух­ летки. Н а нетерпеливом жеребце вертелся вокруг Репкина Сашка, не по-летнему тепло одетый в длинную кудлатую робу. — Здорово, тетка Д а р ь я !— сказал он, пытливо при­ глядываясь к ней желтым ястребиным глазом. — Здравствуй , Александр Митрич, — спокойно отве­ тила мать, проходя мимо. И с тем же величавым достоинством, не поднимая на Сашку глаз, проследовала за ней Верка. Удаляясь, слыша­ ли они, как Репкин говорил: — И з водохранилища воду вчера сбросили. Смотри, держи жеребят где повыше. — Не зайцы твои жеребята, не перетонут, — с усмеш­ кой ответил Сашка. И, видно, добротно хлестнул жеребца, потому что тот сразу взял галопом. Д арья Кирилловна и Верка шли по мягкой пыли вдоль ржаного поля. Они сняли туфли, несли их за ремешки в руках и были сейчас очень похожи друг на друга, только Верка чуть-чуть прямее держала голову, отгибая ее назад, чтобы почувствовать на затылке тяжесть волос. Становилось жарко. Повсюду еще пахло сеном, пахла им даже дорожная пыль, но рожь уже налила тяжелый восковатый колос, го­ товя хлеборобам новую страду. Блестя слюдяными крыльями, реяли над ней лупогла­ зые стрекозы.