b000002130

«Хо-зяй-ка!» На третий день он уговорил Настасью поехать с ним на кордон, чтобы подновить к зиме на сторожке крышу. Стояло погожее утро бабьего лета. Ехали мимо изумруд­ ных озимей, мимо буро-красной гречи, мимо жухлых кар- тофельников, и Настасья вся отдалась печали, которой всегда полны такие дни с летящей в ясном небе паутиной, с грачиными стаями на горизонте, с мягким и ласковым теплом последнего солнца. — А я летось лосей видела, — сказала она, задумчи­ во щурясь на прозрачную синь неба. — Ехала в Деми- довку за обратом, а они с Валежной кручи спустились, матка и два теленочка. Теленочки рыженькие, как у ко­ ровы. Я думала, они серые, ан рыженькие. Такие славные теленочки! Перешли мне дорогу и в чащу потрусили... Вспомнила я, как свалил ты тогда лосиху-то да и топо­ ром ее... — Лося свалить дело не хитрое, — заметил Авер­ кий. — Концы спрятать мудрено. — Слышь-ко, Ил ьич ,—-.повернулась к нему Н а с т а ­ сья. — Бросил бы ты, ей-богу, этот кордон. Не впрок он тебе. Жадный ты, хватачий. Доишь лес, как корову. И все больше да больше тебе надо. А ведь всего-то не ухватишь — рук не достанет. Так и изойдешь з а ­ вистью. — Что-то не пойму я тебя, баба, — сурово и подозри­ тельно сказал Аверкий, косясь на нее. — Ну, ин ладно, — вздохнула Настасья. — Баба — баба и есть,— усмехался и качал головой Аверкий. — Не можешь ты своим куриным умом сообра­ зить, что на кордоне— оклад, потом—-земля, покос, дро ­ ва. А в колхозе много ли ты заработаешь? Ну, -скажи, ежели уж учить взялась, много? Настасья молчала. Война подточила колхоз, и вот уже третий год подряд на трудодень выпадало лишь не­ много картошки да горсточка проса. Нечем ей было крыть веские доводы Аверкия. И в тот же день, спрятавшись ото всех на погребице, припав лбом к холодному косяку, Настасья плакала, по­ чуяв, что надеждам ее не сбыться никогда. По чернотропу Аверкий уже переехал на кордон и лишь изредка стал наведываться в село за какой-нибудь надобностью. 140