b000002129

На звонок, мелко семеня крепкими полными ногами в узкой юбочке, вошла Искра Михайловна, остановилась точно на середине ковра и вопросительно устремила на Крылова взгляд, которому длинные прямые ресницы как бы давали направление. — Придет директор, передайте — болен, еду домой,— хмурясь, как всегда, когда ему приходилось ■ сознаваться в своем недуге, сказал Крылов. — Вызвать Мартынова? — спросила Искра Михайлов­ на, умевшая перед лицом начальства в любом случае оста­ ваться деловито-исполнительной и бесстрастной. В прием­ ной же, Крылов знал, она напропалую кокетничала с мо­ лодыми инженерами и грубила рабочим. — Вызовите,— сказал ои. Но когда у подъезда шофер Мартынов — миловидный курчавый мальчик допризывного возраста — распахнул навстречу ему дверцу новенькой черной «Волги», он ре­ шил пройтись пешком. Стоял, быть может, последний теплый день. Вагоны дальних поездов уже привозили иа крышах снег, а здесь все еще не было даже утренников, и липы на улицах еще ие облетели. Сгорбившись, надвинув иа глаза шляпу, шаркая нога­ ми, Крылов медленно шел по солнечной стороне. Каждый шаг тупым ударом отдавался в голову. Оп давно уже при­ вык переносить эту боль, и теперь она не мешала ему ду­ мать о том, что дома у него нет обеда, и если он сейчас, ляжет, то вечером все равно придется вставать и где-то искать перекусить, потому что на голодный желудок голо­ ва будет болеть еще сильнее. «Лучше уж сейчас, — решил он.— Днем в ресторане не так многолюдно и шумно». Зал ресторана и впрямь был пустынен и бел, как снеж­ ное поле. Блистающими сугробами стояли под свежими скатертями столы. В большие окна ярко, холодно светило солнце. Крылов заказал обед и почти насильно впихнул его в себя, обильно запивая нарзаном, но, когда поднялся, вдруг почувствовал дурноту, быстро вышел в уборную, и там его судорожно, удушливо стошнило. «Плохо»,— подумал он, глядя в зеркало на свое зеле­ ное, осунувшееся лицо. Он сразу так ослаб, что руки и ноги у него дрожали. Домой он едва дотащился, уронил в прихожей на пол паль­ то и, не раздеваясь дальше, повалился на тахту. Спать он не мог, думать последовательно — тоже и знал, что мину-