b000002129

— Впрочем, ты мож ешь уехать,— сказал он, стараясь быть спокойным.— Тебя никто не держит. Он лег на сено и, решив не говорить больше ни слова, прислушивался к шуму дождя и с сожалением чувствовал, что ощущение покоя, которым оп недавно наслаждался, исчезло, отлетело, уступив место чему-то тяжелому и не­ решенному. 5 В колхозе спешно строили риги, в них гулял продувной ветер и пахло мокрой соломой. Но дождь пеожидапно кон­ чился; ночью сквозь жидкие текучие облака замелькали лучистые звезды, а утром из тумана заречных болот под­ нялось большое, точно разбухшее в теплой сырости, солн­ це. И все обрадовалось этому погожему дню: река забле­ стела, отражая голубой небесный свет; побежали к ней гуси, вытягивая шеи и размахивая крыльями в бесплодном порыве взлететь; с конного двора, провожаемый сочной руганью зазевавшихся конюхов, выскочил трехлеток и ударил вдоль улицы, ошалелый от счастья неожиданной свободы... Егор вышел в сад, потянулся всем телом, вздрогнул от утренней свежести и улыбнулся: навстречу ему шла, сби­ вая с веток капли, Александра Сергеевна. — Егор Савельевич, кончилось ненастье. Теперь мы повысим сдачу хлеба,— сказала она самые обыкновенные слова и засмеялась. И Егор обрадовался вместе с нею и тоже засмеялся. Вёдро стояло недолго. Уже на следующий день появи­ лись признаки дождя. Было томяще знойно, душно; дым из труб стелился понизу, и всюду — в улицах, садах, ого­ родах плавали его тонкие синеватые пласты. Егор, взяв ружье, ушел в лес и там нечаянно заснул под едва внятный шелест берез. Было далеко за полдень, и от деревьев уже протянулись длинные тени, когда он, тихо вскрикнув, точно от испуга, очнулся и сел. Голова кружилась, тело налилось тяж естью. «Растомило меня... Гроза будет... Черт бы ее побрал!» — думал Егор, выходя из леса и глядя, как туча — лилово-си­ няя, драная, с багровыми подпалинами по краям — неумо­ лимо ползет по небу, грозя проливным дождем. И уже ве­ тер, пахнущий дождевой влагой, ерошил, мял кусты, обрывая с них засохшие листья.