b000002129

ветку. И куда бы я ни заходил — в клуб, школу, столовую, в квартиры и даже в автоколонну,— всюду смолисто пах­ ло хвоей и лежали светлые зыбкие тени соснового бора. У меня лично жизнь связана с лесом, как и с рекой. Я часто думаю, что им я обязан и своим творчеством. В ми­ нуты восторга, которыми так щедро может дарить при­ рода, человеку хочется, чтобы все люди глядели одними с ним глазами, чувствовали одним с ним сердцем; он сам щедр. Не потому ли так часто берется за перо именно тот, кто по роду своей профессии или по рыболовно-охотничь­ ей страсти стоит близко к природе? Я не помню, когда мне впервые открылось, что я писатель. Но первый созна­ тельный позыв к слову родился именно из этой потребно­ сти делиться с кем-то счастливыми минутами близости к природе. Так было нацарапано обычное детское: «Один раз мы ходили за грибами». И теперь, когда родственники мои удивляются: «В кого ты? Никто в роду у нас пе пи­ сал, откуда ж это у тебя-то?» — я, смеясь, говорю: — Из леса, вестимо! ЛУХСКОЕ ПОЛЕСЬЕ Б ыл нежаркий, туманный час рассвета. Дорога шла сырыми кустарниками; сквозь них просвечивала темная вода болот; бревенчатые гати колыхались и пружинили под ногами. Я миновал окруженную ржаными полями д е­ ревеньку Симбирку, и передо мной, величественный и строгий, встал сосновый бор. По обочинам песчаных до­ рог еще проглядывали кое-где неяркие цветы, но вскоре и они исчезли, уступив место седым мхам, ржавой хвое и жестокому, точно жестяному, черничнику. Лес поглотил меня. Я замотался в нем, потерял доро­ гу, ел сухари, чернику, лесную малину, пил из ручьев, а утомившись, ложился в сухой глубокий мох и смотрел, как ветер комкает облака и как падают, падают и пе мо­ гут упасть бронзово-красные стволы сосен. Уже вечерело, когда я сидел под засохшей сосной. Желтые лучи закатного солнца косо прошивали лес, пол­ ный того невыразимого покоя, который помогает ощутить его без себя, то есть таким, какой он стоит сам по себе, не воспринятый ничьим глазом и ухом. И сам я так ока­ менел в этом покое и слился с лесом, что тетеревиный вы­ водок вышел па дорогу, как он выходит, когда здесь ни­ кого нет. Птенцы — желто-коричневые пуховые комочки —