b000002129

редвижка показала фильм про кубанских колхозников, которые только и делали, что пели, влюблялись и лихо ка­ тались на комбайнах. ЛЕС Когда в раннем детстве я ходил за грибами, то лес, помню, был у самого города. А недавно там, где рос мой первый гриб, я у знакомого судьи мылся в ванне и после баловался пивом под воблу. Я вовсе не в осуждение людям говорю, что они потес­ нили лес: пусть живут шире и удобней! Но можно было сделать так, чтобы лес остался, как прежде, у самого го­ рода. Можно было занять то место, где рос мой первый гриб, а ту чащу, куда я боялся заглянуть и где сейчас загородный пустырь, свалка, тощий картофельник, ту ча­ щу оставить под первый гриб моего сына. Конечно, зрелый лес надо рубить — не давать же' ему стариться и гибнуть, но это уже промышленность, и не об этом я говорю... Теперь люди все больше понимают свою оплошку, и вот недавно я прочитал в газете, что мой город победил в соревновании по озеленению улиц. Да и сам я, не по га­ зете, а по жизни, вижу, как лес входит в город и как дол­ говязые лесные липы постепенно кряжистеют стволами и круглеют кронами на вольном свету наших широких улиц. Мне при этом всегда вспоминается безвестный волж­ ский Ставрополь, прославившийся потом как центр строи­ тельства Куйбышевской ГЭС. Был это одноэтажный деревянный городок с немощеными улицами и с таким обилием серого, грязного городского песка, что вполне оправдывал свое ироническое название, данное ему строи­ т е л я м и ,- Ставропыль. Однако здешние старожилы помни­ ли другие времена, когда улицы города сплошь зарастали мягкой гусиной травой, а в палисадниках перед окнами домов цвели кусты сирени и жимолости. Тогда вокруг рода гудели на ветру могучие сосновые боры. И х корня цепко держали песок. Но чья-то лихая рука свела вокруг Ставрополя лес; оголенные пески, подхваченные скими суховеями, ринулись на город, зато У Люди поняли свою оплошку и там. Ставрополю все давно было стать дном морским, по в новом городе на вы сокпх — холмах уже ре.постпо берегли каждую 315