b000002129

страсть как не хочется отрываться. Он с маху тыкал на стол посуду, хлеб, закуску и грубо говорил: — Садитесь, что ли! Нечего там топтаться. Они молча выпивали по первой. Устя сидела в сторон­ ке, остамело прислонясь к печке прямой спиной. — Видел я сегодня в овраге синюю глину,— заводил Ванька.— Эт-то был, значит, у меня дед, гончар. Так вот, знаешь, сколько мог выпить? У бабы одной, Краюхой ее звали, самогонный аппарат был. Ух, смешная баба! Как- то идем мы с ребятами по-над речкой, глядим — ейпая ко­ рова стоит в воде чуть ли пе по самый хребет... Аверкий громко, протяжно зевал и, направляясь к две­ ри, бросал на ходу: — Пойти собаку привязать, надсаду эту. Лошадь вашу не напужала бы. Выйдя, он тихонько подкрадывался к окну и загляды­ вал в сторожку. Ванька все так же сидел за столом, чуть повернувшись к Усте, наливал стопку за стопкой и гово­ рил, говорил, говорил... Назад Аверкий уже не возвращал­ ся — заваливался в сенной сарай спать. — А ты, парень, рохля,— сказал он однажды Ваньке, решив, наконец, действовать в открытую.— Вот уберемся с сеном, уедет Устя к матери — забудь тогда девку. Хо­ чешь, чтоб твоя была — не зевай. Ведь каждый вечер с глазу на глаз в сторожке-то остаетесь. После этого она уж никуда от тебя не денется, собачкой будет бегать. Учи вас, несмышленышей... В тот вечер Аверкий уснул рано и, как всегда на зака­ те солнца, спал тяжело, неспокойно. Когда он проснулся, из дверного проема, перечеркивая наискось густые потем­ ки сарая, падал лунный свет. В его полосу попадали боль- шие корявые ступни Аверкия, и он даже вздрогнул от испуга, увидев, какие они белые, точно неживые. Чтобы не заронить огня, он сел на порожек и закурил. Над лесом висела чуть подтаявшая с одного бока луна. Ее свет зажег на поверхности всех предметов холодное зеленоватое сияние, и оно мерцало и на коньке тесовон крыши, и на стволах сосен, и даже на спине_Ванькино лошади, оцепеневшей с опущенной долу М0РД°“ - Что-то тупо стукнулось изнутри в стену сторожки. — Папаня! — раздался оттуда приглушенный крик, и во яворе на него заливисто откликнулась собака. Д в е р ь в сторожку распахнулась, но се опять с силой з ахлопнули. Аверкий бросился на крыльцо, накинул „вер- 283