b000002129

первый секретарь Астахов, вынимая папиросу и разминая ее толстыми мозолистыми пальцами, еще не отвыкшими от жесткой работы механика МТС. — Мы ведь с тобой еще вчера все обговорили. Не выполним просьбу колхозни­ ков — подадим дурной пример. Горчаков продолжал молчать. Астахову, может быть, и не о чем было бы раздумывать в подобном положении: он молод, здоров, бездетен, но Горчакову с его сорока восемью годами, с большой семьей, с обжитым городским домом нелегко и не просто было начать новую жизнь на новом месте. Теперь Горчакову вспомнилось, как он сам вместе с Астаховым «нажимал» на коммунистов, которые не хотели идти в колхозы председателями. Неужели и для него должна простучать по столу же­ лезная астаховская ладонь! «Фу, как стыдно!» — поду­ мал Горчаков и поспешно сказал: — Я согласен. Из тумана неожиданно выступил длинный ток на тол­ стых столбах, под соломой, Горчаков знал здесь все до­ роги и свернул у тока прямо на упругий, еще сырой выпас, чтобы сократить путь. Перед скотными дворами, которые он хотел посмотреть, ему попалось парниковое хозяйство; котлованы, сизо отливая жирным черноземом, были еще открыты, и маленький старичок в безрукавке на меху, шапке с торчащими вверх ушами и валенках с красными калошами из автомобильных камер стеклил под тесовым навесом рамы. При виде Горчакова он снял шапку и степенно поклонился — Ты что это передо мной шапку ломаешь? — усмех­ нулся Горчаков.— Ведь я не барин, а ты не холоп. — Холопство тут ни при чем. Я тебе почтенье оказал, Николай Ильич,— сказал старик. — Ну, спасибо, здравствуй, коли так ,— Горчаков снял свою намокшую фуражку и тоже поклонился старику,— Только, прости, не помню, как звать тебя. — Не беда,— сказал старик,— Мы с тобой и не гово­ рили никогда. А звать меня Игнат Демидыч Зыков. Марью мою ты должен знать. Ганину-то. Горчаков с любопытством посмотрел па старика. Уди­ вительно и как-то трогательно было узнать, что у Гани­ ной, женщины уже не молодой, с прямими пепельно­ седыми прядками на висках, есть такой крепенький, розовощекий старичок отец. Горчаков спешился, завел низкорослого меринка под навес и, стряхнув с дождевика