b000002129

Летним вечером на своей подмосковной даче, уединив­ шись от гостей, сидел у открытого окна старый писатель. После недавней болезни врачи запретили ему курить, и теперь он с раздражением думал о том, что к бесконеч­ ному числу мелких нелепостей, сопутствующих последним дням его жизни, прибавилась еще одна. Раньше он любил курить трубку. За долгую жизнь она стала как бы части­ цей его самого. Она была па всех его портретах. Она вы­ работала у него скупой и выразительный жест при раз­ говоре, потому что нельзя же одновременно курить трубку и расхлябанно болтать руками. Она приходила к нему на помощь в затруднительных спорах, когда, н абивая и рас­ куривая ее, можно было выиграть время для достойного ответа. Три марки табака, смешанные в продуманных и испытанных пропорциях, напитали его волосы, одежду, оконные шторы и мягкие кресла к абинета экзотическим ароматом субтропиков, всегда как-то волнующе подстеги­ вающим его воображение. Трубка грела ему пальцы во вре­ мя работы. А что же стало теперь? Пальцы его были постоянно сухи и холодны. В кабинете стоял жирный, вяз­ кий запах резеды, от которого во рту скапливалась против- н ая сахаринная сладость. Вместо приятного волнения, связанного с ритуалом раскуривания трубки, при мысли о ней вскипало, как едкая пена, раздражение. Короче го­ воря, эта его частица уже перестала жить, п он, вняв сове­ ВЕЧЕРНЯЯ ЗАРЯ