b000002129

— Беги вот за тот кустик. Ну, скорей! — Я не хочу, папа, — опять сказал малыш. — Беги, я тебе сказал! Мальчик перелез через кювет, оглянулся и скрылся за кустом ольшаника. Мужчина опять повернулся к шоферу , — Послушай, — сказал он, — не обижайся на меня, по - жалуйста. У него умерла мать, а ты лезешь с вопросами. Я знаю, как это делается: сначала — куда едешь, потом — с кем едешь, потом — где твоя мама. А ему трудно. Шофер отвел взгляд. — Извини, — пробормотал он, — я же не знал. — А теперь знаешь, — твердо сказал мужчина. Мальчик уже стоял на краю кювета, и они замолчали. — Прыгай, — сказал мужчина. — Ты все сделал? — Я не хочу. Ты будешь меня ругать? — спросил мальчик. — Да нет же, глупый! Я думал, надо сделать это сей­ час, чтобы не останавливаться потом. Ну, прыгай скорей! — Не беда, малый, можем и еще раз остановиться, ес­ ли будет нужно. Машина-то наша, — сказал шофер и по­ смотрел н а мужчину, давая понять, что теперь оп знает, о чем и как нужно говорить. Они говорили только о машине и взахлеб хвалили ее. Ах, какая это была машина! Пусть не совсем новая, но та­ кая выхоленная, что куда там новой... Она словно глотала серую, накатанную до блеска лепту шоссе. Город уже был далеко позади, и теперь по обеим сторонам тянулся глухой лес. Взгляду не удавалось проникнуть в эту чащу сочно-зе­ леных берез, осин, елей, и только там, где к дороге выру­ бались деревни, в лесной стене зияли светлые бреши с ви­ дами седоватых хлебных полей, лиловых — люпиновых и пестреньких, как ситец, — картофельных. Скоро вдали над лесом показалась радиовышка другого города, а пониже ее — голубой купол и золотой, растянутый на цепях крест церковной колокольни. В городе была остановка. — Зайдем? — кивнул мужчина в сторону чайной. — Нет, в рейсе не пью, — сказал шофер. — А я, пожалуй, зайду. — Может, не стоит? Ты все-таки не один. — Зиаю. Сиди здесь, — сказал мужчина мальчику. — Я принесу тебе что-нибудь. «Все равно Любка не нальет ему», — подумал шофер. Впервые движение машины не мешало ему как следу