b000002129

мир до стрелковой роты с ее суровым писаным и неписа­ ным уставом жизни. Первым шагом на этом пути было решение немедлен­ но, как только получу от Али письмо, ехать вслед за ней в Москву. К тому времени у меня назрел окончательный разрыв с хозяевами дома, в котором я жил. Им не нрави­ лись мои ночные отлучки, поздний стук в дверь, а мне была противна вся их копеечная жизнь с вечным нытьем над куском хлеба и та, свойственная ограниченным людям нетерпимость к самостоятельности постороннего человека, какую они проявляли по отношению ко мне. Надо было искать работу и переходить в школу рабочей молодежи. «А если так, — рассуждал я, — то не все ли равно, где начинать новую жизнь: здесь ли, в Москве ли...» Сборы мои были короткими. Очевидно, но наследствен­ ности легкий иа подъем, я не страшился дальних дорог и незнакомых городов. Сенька пришел на вокзал провожать меня и принес свое самое драгоценное имущество — гитару и огромную, как противень, готовальню. — Вот, — хмурясь, сказал оп, — загонишь по дороге, если будет туго. Мимо нас поплыли вагоны- Я вскочил на подножку и через плечо кондуктора смотрел, как уходят назад и в прошлое пакгаузы, зерновые склады, длинный дом па высоком каменном фундаменте и маленькая, сгорблен­ ная фигурка Сеньки, стоявшего на сквозном дорожном ветру... Путь до Москвы я вспоминал с неохотой. Билет у меня был только до ближайшей станции, а пропуска, который требовался тогда для. въезда в столицу, и вовсе не было. Большую часть этого пути я проделал, хоронясь от патру­ лей и контролеров, под лавочкой, на подножке или за чу­ жими чемоданами на верхней полке. Алю я нашел легко. Она жила в одном из кривых ар­ батских переулков, снимая угол у крохотной аккуратной старушки, которая по утрам пила кофе, процеживая его через серебряное ситечко, а потом целый день читала «По­ варенную книгу, подарок молодым хозяйкам» или «Войну и мир». Когда в день приезда я появился у Али, она очень об­ радовалась мне. — Это мой земляк... Смотрите же, это мой земляк... Он из пашего города, земляк, — без конца повторяла она