b000002129

и чуть не падая. Он все-таки не выдержал и, когда бугор был уже близко, остановился передохнуть. Щурясь, обвел он взглядом всю степь: сзади, совсем, оказывается, неда­ леко, она упиралась в саманные стены сельских построек, зато слева, впереди размахнулась так широко, что у Нико­ на вдруг закружилась голова. Он поспешно зашагал даль­ ше, стараясь смотреть только под ноги, и забрался на бугор уже пз последних сил. «Ах, саранча! Нашли же место, бестии эдакие!» — за­ смеялся Никон, глянув вниз. Там, под самым бугром, виднелся белый платок и ря­ дом — круглая кепочка. Запрокинув девке голову, парень целовал ее в губы. Никон хотел озорно улюлюкнуть, но в это время девка легонько толкнула парня в грудь, вы­ прямилась и, ловя петлей пуговицу иа кофточке, посмот­ рела вверх. На лбу у нее сошлись широкие брови. — Ну чего ты, дед, как привидение, по степи хо­ дишь? — строго спросила Марька. Никон вдруг оробел, присел иа траву в зацветавшие степные тюльпаны. — Сеять нынче будут...— пробормотал оп. — Поспеем и сеять,— солидно отозвался снизу Ген­ к а ,— Чего вы, дедушка, волнуетесь? — Да мне что... Устал я. Эвон откуда пехом иду,— ска­ зал Никон.— Я сяду, а вы — как знаете. Он не видел, ушли Марька и Генка или нет,— он грелся на солнечной стороне бугра, пестро убранной разноцвет­ ными чашечками тюльпанов, щурясь, смотрел в степь, а потом вдруг уронил на теплую грудь земли свою голову, откатилась прочь шапка, и долго, до самого заката, стен­ ной ветер шевелил остатки его белых сухих волос.