b000002129

чувствовалось, как горда она своими девочками и как сознает их здоровье, красоту и молодость. Вдруг она обернулась на взгляд Данилова. Он сразу узнал ее и обрадовался, ахнул, шагнул навстречу, протяги­ вая обе руки. Но женщина смотрела па пего растерянно и виновато. — Ну, узнавай же, узнавай,— сказал он .— Неужели не помнишь? — Нет,— чистосердечно призналась она. И тогда, наклонившись над ней, он вполголоса пропел; Соловей, соловей, пташечка —» Антонина Нилова —= Жалобно поет... — Да ведь это ты, Андрюшенька! — с укором самой се­ бе сказала Антонина. И Данилов заметил, что смотрит теперь она на него ла­ сково. и грустно, потому что, должно быть, и в самом деле нелегко узнать в нем — полноватом, с сединой в редких волосах мужчине — тоненького быстренького школьника Андрюшу Данилова, который сочинял песенные пародии на своих одноклассников и учителей. — А это мои дочки. Оля,— показала она,— п Маша. Те быстро встали и сделали книксен. «Ах милые!— подумал Данилов.— З н ачит, с голубой — Ольга, а с желтой — Маша. Не перепутать бы, черт по­ бери!» Близнецы с неудержимым любопытством следили за ним, приоткрыв свои пухлые рты. Д анилов подвинул крес­ ло и сел. — Не знаю даже, с чего н ачать,— засмеялся он .— Сколько лет мы не виделись? — С сорок первого, должно быть...— неуверенно пред­ положила Антонина.— Вас всех тогда взяли в армию, а я сдала в институт, но вместо учебы рыла под Москвой противотанковые рвы. — Странная штука — жизнь,— философски заметил Данилов.— То вдруг соединила н ас на десять лет, то вновь на двадцать разбросала. Оба вздохнули и замолчали. Д анилов вспомнил, как давным-давно его одели в черный бархатный костюмчик, поставили для всесемейного обозрения на стул, бабушка перекрестила, а мама, всплакнув, отвела в первый класс. Теперь с расстояния в тридцать лет он совершенно не ви*