b000002102

т Бродяжничество. бранялось доказывать тождество своей личности, даже и послѣ его осуж- дѳнія, причемъ, въ случаѣ представленія имъ надлежащихъ доказательствъ, исЕЛЮченіе его изъ числа бродягъ совершалось административнымъ поряд- Еомъ, безъ суда; 6) опасеніе Сената, что въ сдучаѣ примѣнѳнія еъ бродя- гамъ общаго порядка возобновленія дѣлъ, порядокъ этотъ иривелъ бы къ безгіаЕазанности бродягъ и къ продолжительному производству дѣлъ о нихъ (1870 г. М 617), явно неосновательно, ибо ясно само собою, что под- лежащія власти могутъ дать заЕонный ходъ только таЕОму ^аявленію бро- дяги объ его званіи, Еоторое будетъ нодкрѣплено основательными довазатель- ствами. Доводъ Сената, что возобновленіе дѣлъ о бродягахъ не оправды- валось бы и справедливостью, „такъ какъ отъ самого бродяги завиеитъ объявить своевременно о евоемъ соетояніи" (1874 г. і№ 605), — доводъ болѣе полицейскій, чѣмъ судебный и етрадаетъ полнѣйшимъ незнаніемъ жизни, забывая, что лицо можетъ и само не знать, кто оно такое. Для примѣра возьмемъ елѣдующій случай. Ребенокъ похищенъ въ малолѣтствѣ изъ своего семейства; похитители умерли и оставили его на произволъ судьбы, не объявивъ ему иетиннаго его звавія; достигши 17 лѣтъ, онъ осуждается за бродяжество; по ссылеѢ его въ Сибирь обнаруживается истинное его званіѳ. Гдѣ тотъ моралистъ, который рѣшнлся бы признать пересмотръ о немъ дѣда нееоглаенымъ еъ требовадіями справедливости? 7) Сенатъ упуетилъ совершенно изъ виду, что законодательство наше раздичаетъ два вида бро- дяжества: сокрытіе своей личности и непрѳдетавленіе достаточннхъ доказа- тельствъ въ удостовѣреніе тождества своей личности (ст. 950 Уложѳнія) Отсюда уже ясно, что лица послѣднѳй категоріи осуждаются какъ бродяги единственно лишь за то, что они не имѣли въ данный моментъ ередствъ доказать свое званіе или состояние. Спрашивается: можѳтъ ли имъ быть возбранено представить впослѣдствіи времени доказательства того, что они дѣйствительно тѣ самня лица, какими они себя именовали на судѣ, что они осуждены только по несчастному стѳченію обстоятельствъ, что удостовѣряю- щіе ихъ личность документы были похищены именно въ тѣхъ видахъ, чтобы представить ихъ въ глазахъ правительства бродягами, что они иностранцы, отославшіе евой видъ на родину для обмѣна его на новый и т. п. 8) Въ заключеніе не можемъ не замѣтить, что, на оенованіи 14 ст. Т. IX Зако- новъ о соетояніяхъ, искъ о правахъ состоянія, утраченныхъ не преступ- леніѳмъ, а вслѣдствіе какихъ либо обстоятельствъ (бродяги же лишенію правъ не подвергаются) можетъ быть предъявленъ во всякое время и „никакая давность не преграждаетъ исканій сего рода". Въ виду этого никакому бродягѣ, а въ особенности взятымъ еъ нимъ его дѣтямъ, не можетъ быть возбранено предъявить искъ о правахъ своего званія или состоянія. На оенованіи всего вышеизложениаго, мы приходимъ къ тому заклю- ченію, что осужденные за бродяжество имѣютъ право, всегда и во всякое время, доказать истинное свое званіе или состояніе и требовать за симъ возобновленія дѣла или пересмотра послѣдовавшаго объ нихъ обвинитель- наго судебнаго приговора и что противное этому положенію толкованіе ШШШвШ!