— 482 — Колесо въ щепу все приломалося, А Егорья-свѣта не уязвило, Не уязвило, не укровавило. Онъ тою, собака, не іштаючи, Началъ онъ Егорья въ коілѣ варить-. Егорей—свЬтъ вь котлѣ стоВкожъ стоить, ОтоиЕОнъ стоитъ, самъ стихи поетъ. Стихи поетъ все херувимскіе, Подъ котломъ растетъ трава муравлена Растутъ цвѣточки лазоревы. Онъ того, собака, не пытаюіи, Еояалъ погреба глубокіе, Долины погребъ двадцатисаженъ. Ширины погррбъ тридцатисаженъ. Глубину погребъ сорока саженъ, Цосадилъ Егорья—свѣта съ матерью Во іотъ погребъ во широкой: Задергивалъ рѣшохки жедѣзныя, Желтымъ пескомъпризасыпываяъ, Сѣрымъ каменьемъпризаваливалъ. Муравой травой замуравлпвалъ. Онъ пошелъ, собака, похваляется; «Не бывать-ска Егорью на святой Руси, Не видать Егорью свѣта бѣлаго, Овѣта бѣлаго, солнца краснаго». По Егорьевоі было по участи, И по Божьей было по милости, Стойка вавѣвали вѣтры буйные Изъ того изъ дадеча чиста поля; Мураву-траву всю размуравило, Сѣро каменье все приразвалѣдо, Желтыпескивсѣ приразвѣяжо, Рѣшеточкп воѣ прираздергало, Выходидѣ Егорей ва святую Русь, Увидаіъ Егорей свѣта бѣлаго, Свѣта бѣлаго, солнца краснаго, Сталъ просить благословенія, Благословенія матушки родимьхя Поѣхать къ Кудревяау Кудреянищу Изместить обиды всѣ родительскія. Уннмаетъего матушка родимая: <Не поѣзжаи: у Еудревяаа Еудреянища Есть три заставы, три великія; Первая застава великая: Отоятъ лѣса темные, Они заоѣли до неба; И стиглому и сбѣглому проходу нѣтъ, И удалому молодцу проѣзду нѣтъ. А другая застава великая^ Стоятъ двѣ горы высокія, Разойдутся, да вмѣстѣ столкнутся; Ни стиглому, ни сбѣглому вроходу нѣтъ. Ни удалому молодцу проѣзду нѣіъ>.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4