— 452 — ■— Съ пятнадцатаго мая по пятнадцатоеіюля ловъ запрещенъпо рѣкамъг всѣ ловцы и прибѣгаютъ въ городъ, а тамъ и моряки подпалять. — Морякамъ какая нужда до пятнадцатаго мая: запрещенъ ловь только вь рѣкахъ... — Морякамъ тоже послѣ пятнадцатаго мая скоро конець приходить. — Какъ Еояецъ? — А такъ, настанутъжары: вода вь морѣ бываеть такая соленая, все равно, что купоросъ... На припасы нападаетъ чума —ту чуму пичѣмъ не ототрешь. —Какая чума? —• А такъ, черная такая слизь,—ничѣмъ ты ее не ототрешь; возьмешь въ руки какой припась—такъ онъ весь и ползеть: просто бросить надо. — Поэтому моряки и съѣзжаются въ городъ послѣ пятнадцатаго мая непремѣнно? — Послѣ пятнадцатаго, а то послѣ двадцатаго, двадцать пятаго выходятъ изъ моря; а сюда приходить, кто далеко стоить, недѣли черезъ двѣ. — Тогда и торговля ваша лучше пойдетъ? спроеилъ я шинкаря. — Тогда такая гульня пойдетъ!.. Всю ночь напролеть гуляють, по улацамъ ходятъ, пѣсни поютъ!.. На берегу та же мертвенность: нѣсколько судовъ разныхъ наименованій стоять па берегу; нѣсколько лодокъ привязано у берега; а нѣкоторыя только сдвинуты переднею частью на берегъ; народу же —будто Мамай прошелъ... Нигдѣ ни души.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4