— 432 — — По вашему выходитъ, что и жидъ не еврей? спросилъ я, перебивая толки о козакѣ. — Не еврей! — Оно, пожалуй, и правда ваша, сказалъ я усиѣхаясь: —не всякій козакъ—козакъ. — Вотъ и этотъ шутъ, подтвердмъ зеленая-шуба; —этоть шутъ—холопъ, а не козакъ. Мы напились чаю, отдали сановаръ моимъ попутчикамъ, а сами остались на томъ же мѣстѣ и продолжали между собою калякать, кажется, обо всемъ. — Ошибиться всякому можно, говорилъ мой козакъ:—всѣ люди грѣшны. — Разумѣется. — Иной разъ дѣло такое подойдетъ, продолжалъ козакъ:—пустое дЬдо, всякая баба то дѣло разсудитъ; а на тебя ровно столбнякъ какой найдетъ! Не разсудишь—сфальшишь. — Случается и это. — Да вотъ старики разсказываютъ: въ какомъ-то царствѣ, не то въ королевствѣ, жилъ богатѣішій купецъ. Поѣхалъ онъ на ярмарку, продадъ товары и ѣдетъ домой, а денегъ у него много: кожанная киса за пазухой, а въ той кисѣ десять тысячъ золотыхъ лежитъ. Ѣхалъ, ѣхалъ —все киса цѣла; сталъ подъѣзжать къ своему городу и оброни изъ запазухж кису съ золотожъ. Пріѣхалъ домой, хвать—кисы нѣтъ!.. Сейчасъ заявилъ кому слѣдуетъ: киса съ золотожъ пропала!.. А за тѣмъ купцомъ слѣдомъ ѣхалъ мужикъ... такъ жужиченко, плохенькій съвиду... ѣхалъ мужикь, да и паѣхалъ на кису съ золотомъ, Поднялъ... «Что я съ этой казной буду дѣлать? еще и пропадешь совсѣжъ, думаетъ мужикъ, лучше заявлю находку эту кому тамъ слѣдуетъ». Пріѣхалъ мужикъ въ городъ, прямо къ городничему, чтоли, по нашему, или къ губернатору.—«Нашелъ, говорить, казну: обронидъ кто, знать. > —Сейчасъ послали за купцомъ. —«Ты потерялъ кису съ золотомъ?»—«Я, говорить купецъ.»—«Какая киса была?» —«Кожанная, жолтая, тамъ, али красная, съ такими-то и такими мохорчикамж». —Такъ... посжотрѣли на кису, киса такая, какъ купецъ сказалъ.—«Гдѣ ты кису потерялъ?» спрашиваютъ купца.—«Въ такомъ-то и такомъ мѣстѣ». Позвали мужика. — <Въ какомъ мѣстѣ нашелъ кису?>—«Въ такомъ-то».—И то купецъ правду сказалъ.—«Твоя киса?» спрашиваютъ купца, да и полояіили кису на столъ.— «Моя!» обрадовался кунецъ. «Такъ изволь получить, говорить купцу, а мужика наградить, какъ законъ велитъ». —Купецъ знаетъ: по закону мужику какая тамъ часть слѣдуетъ; жалко ему стало изъ пропадшеи казны мужику отдѣлить. —«Надо, говорить, сперва казну сосчитать», —Сосчитай, говорятъ ему.— Сталъ купецъ казну считать; сосчиталь. «Не всѣ, говорить, деньги».— Какъ не всѣ?—-«У меня было въ кисѣ 12 тысячъ, а здѣсь всего только десять!..» А въ кисѣ то у купца и было десять тысячъ, а двѣ-то тысячи онъ надбавиль, чтобъ мужику часть не платить. «Въ острогъ! кричить купецъ въ острогъ мужика: двѣ тысячи золотыхъ укралъ!»—Мужикъ божится, клянется, что золота и не трогалъ, а купецъ знай свое: — «въ острогъ, да въ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4