— 379 — они къ знахорю всѣ втроемъ: знахорь, жужикъ да гадюка та; и сталъ знаіорь гадюку допытывать.,. Ужъ онъ мучилъ ее, шучилъ... — Какъ: билъ? — Нѣтъ, однимъ наговорожъ!... Мучилъ гадюку, да и отпустилъ дожой, а жужику гоЕоритъ: «Ты приходи завтра, завтра и дѣло сдѣлаю». Пришелъ на завтра опять мужикъ къ знахорю... Такъ что жъ ты думаешь? Зубъ-то той гадюки у того жужика сквозь все тѣло прошелъ! ■— Какъ такъ? — А вотъ какъ: гадюка укусила мужика за палецъ, а какъ сталъ знахорь отчитывать, зубъ-то вышелъ въ ногу! —А тк видѣлъ этотъ зубъ? — Самъ видѣлъ! да не я одинъ видѣлъ, всѣ видѣли; мужикъ тотъзубъ доиой принесъ. — Какой же зубъ? — А такъ какъ конопляное зернушко: съ виду и не узнаешь, что зубъіадюкиі... — Пробовали вы раздавить этотъ зубъ? Можетъ быть, и заправское было конопляное зернушко? — Какъ же можно раздавить! Не то, что зубъ, а самое гадюку раздавить—большая вреда бываетъ. Я былъ такъ еще небольшой малецъ. Слышу я, что у гадюки ноги подъ кожей. Убилъ я гадюку, да и зачалъ ее лупить, съ нее кожу драть .. сало-то съ гадюки и потекло по рукажъ, все равно какъ олея... Доискивался я ногъ у гадюки... Увидалъ отецъ, прибѣжалъ^ меня за чубъ, гадюку закинулъ... Чтожъ ты думаешь? Руки всѣ покраснѣли, свербятъ! Недѣли три знахорка отчитывала, насилу отчитала! — А, иожетъ быть, и такъ, безъ всякаго отчитыванія бы прошло сажо? — Куда пройти! У насъ мужикъ нашелъ пороснуюгадюку, да какъ хватить ее дубиной, а та какъ брызнетъ ему передъ смертію на губу... вотъ третій годъ отчитать никакъ не могутъ... — Что жъ, болитъ? — Нѣтъ, болѣть не болитъ, только красно, свербитъ, да мокнетъ. Подсоінетъ мало; это соідетъ, да опять станетъ мокнуть; просто —на народъ стыдно показаться съ той губой! — Да онъ бы въ городъ къ лекарю сходилъ. — Въ городѣ не помогутъ. Знахорка —какъ можно!—знахорка лучше. Одному мужику ужъ въ ротъ Блѣзъ; такъ тотъ ѣздилъ, ѣздилъ по городскпмъ лекарямъ, а 'все толку никакого не было! — Знахорка помогла? — Знахорки помогли. '— Да, можетъ быть, и ужъ ему въ ротъ никогда не влазивалъ? — Вотъ и городскіе лекаря тоже говорили; а какой не влазивалъ, когда саяъ онъ своими глазами видѣлъ? Спитъ онъ, разинувши ротъ; только слышитъ онъ: ужъ ему въ горло ползетъ; тотъ проснулся, а ужъ только хвостикомъ вильнулъ, весь уже къ нему вползъ!...
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4