— 350 — — Народъ что дж ужъ очень бѣденъ? — Куда жъ богатъ! Нашъ братъ мужикъ завсягды деньгами скитается; «бъ деньгахъ мы и не толкуешь; стало быть бѣденъ, коли и хлѣба корки аѣтъ. Изъ Любовна я повернулъ влѣво и зашелъ въ Хотяиновѣ въ одну -избу. Изба стояла на некрытомъ дворѣ; противъ избы, аршинахъ въ пяти, стоялъ амбаръ, соединенныйсъ изб оё развалившимся навѣсомъ. Избушка выла худенькая, маленькая: не болѣе 6—7 аршинъ въ свѣту, т. ѳ. отъ одной стѣны до другой, и безъ сѣнецъ. Еогда я вошеіъ, пожилая женщина что-то наливала въ деревянную чашку для мальчика лѣтъ трехъ. — Здравствуй, хозяйка! — Здорово, родимый! — Можно у васъ отдохнуть? — Отдохни, кормилецъ! Видишь, какая жара стоить. Объ эту пору куда дойдешь'^ — Ну, хозяюшка, дай пожалуйста напиться. — Изволь, родимый, испей водицы; вода холодная, только что съ колодезя принесла. Да ты не ней такъ-то воды: на жару это не хорошо, говорила привѣтливая хозяйка. —на жару выпьешь чистой водицы—жажду не утолишь, жажда пуще возьметъ; а ты возьми кусочекъ хлѣбца, пожуй, да водицей и запей. — Дай же мнѣ кусочекъ хлѣба, попросилъ я хозяйку, когда она мнѣ поднесла ковшикъ воды. — Да у меня хлѣба ни крошки нѣту! отвѣчала, съ самымъ веселыиъ взглядомъ и улыбкой, моя хозяйка. — Какъ нѣтъ? — Да ни крошечки! — Чѣжъ же вы питаетесь? — А на, попробуй! сказала она, подвигая ко мнѣ чашку, изъ котороі ѣдъ мальчикъ. Я попробовадъ: что-то жидкое, пряное, безвкусное, травянистое. — ІТО это такое? спросилъ я. — Еаша, кормилецъ. — Изъ чего ее варила? — А пойдешь въ поле, ржи патуешь да и сваришь: рожь-то не дозрѣи, такъ теперь на кашу на день натрешь, тѣмъ и кормишься... Если бъ посолить хоша, то скуснѣй была бь, а то соли-то нѣтъ; а безъ соли скусу того въ кашѣ не будетъ. — И молока нѣтъ? — У насъ на деревнѣ не сыщешь ни у кого: падежъ быіъ—всѣхъ коровъ повычистило. — Плохо жъ вы, родная, живете. — 9, кормилецъ! У людей и того нѣтъ. Есть, что и хуже насъ грѣшныхъ живутъ.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4